Очередное заседание по иску градозащитников на отказ КГИОП признать выявленным памятником архитектуры здание «школы Берггольц» на проспекте Обуховской Обороны, 54, прошло в Горсуде. На стадии предварительных слушаний 25 февраля в суде допросили членов рабочей группы совета по сохранению культурного наследия при КГИОП, которые решали вопрос о мемориальной ценности здания в феврале и июне 2025 года. Среди них — сотрудники комитета и депутат ЗакСа Марина Шишкина.
Проект строительства Большого Смоленского моста предполагает снос восьми зданий на проспекте Обуховской Обороны, возведенных в конце XIX — начале XX века, в том числе «школы Берггольц».
В 1910-х в здании на проспекте Обуховской Обороны, 54, располагалась школа № 117, в которой училась будущая поэтесса. А уже в 1941-м в том же доме формировалась Дивизия народного ополчения Володарского района.
В 2022 году градозащитники представили альтернативный проект съезда, который помог бы сохранить оказавшиеся под угрозой сноса дома. Однако Смольный так и не принял его во внимание. Петербургские активисты также предлагали передвинуть здания, чтобы избежать сноса, но безрезультатно.
Чтобы сохранить здание на проспекте Обуховской Обороны, 54, градозащитники неоднократно подавали в КГИОП заявки о признании «школы Берггольц» выявленным памятником архитектуры. В комитете раз за разом отказывали в присвоении зданию этого статуса.
В июле 2025 года был снесен дом № 68 по проспекту Обуховской Обороны, за сохранение которого также боролись петербуржцы.
Принцип гласности на заседания не распространяется
Иск по оспариванию отказа КГИОП признать «школу Берггольц» памятником архитектуры петербуржцы подали в суд 2 октября 2025 года. Среди истцов — аттестованный эксперт Минкультуры Михаил Мильчик, градозащитник Олег Мухин, жительница блокадного Ленинграда, близко дружившая с Ольгой Берггольц, Вера Сомина и другие петербуржцы.
Как административный ответчик в суде по этому иску выступает КГИОП. Комитет по развитию транспортной инфраструктуры (КРТИ) и «Дирекция транспортного строительства» в деле указаны как заинтересованные лица.
Заседание по делу о судьбе здания «школы Берггольц» 25 февраля началось с рассмотрения ходатайства тележурналистов, просивших разрешить видеосъемку судебного процесса. Юрист истцов Юрий Багров против съемки не возражал, в отличие от представителей КГИОП, КРТИ и «Дирекции транспортного строительства».
Начальница юридического управления комитета по охране памятников Елена Патока отметила, что в заседании решаются «рабочие моменты», которые не нуждаются в видеофиксации. Прокурор, ссылаясь на принцип гласности, не возражала против съемки… но только итогового решения суда по иску градозащитников.
Судья Наталья Смирнова запрос журналистов оставила без удовлетворения. Заседание продолжилось в присутствии двух десятков слушателей.
Обстановка в коридорах Горсуда перед заседанием по «школе Берггольц». Фото: Любовь Смирнова / MR7
Ценность «школы Берггольц» дважды рассматривала «экспертная комиссия»
В заседании 25 февраля истцы просили допросить первыми Петра Ершова и Андрея Ларионова — сотрудников КГИОП, которые собирали данные о «школе Берггольц» и составляли заключения о невключении здания в список выявленных памятников.
Представитель КГИОП Елена Патока заявила, что первой было бы логично допросить зампредседателя комитета Юлию Богачёву, которая могла бы рассказать всё о документах, волнующих истцов. После этого судья вызвала её в зал.
Вопросы Богачёвой, как и всем остальным свидетелям, задавал сначала представитель истцов, затем — прокурор. Зампредседателя КГИОП рассказала Юрию Багрову, что комиссия, которая решала судьбу здания на Обуховской Обороны, 54, собиралась дважды — в феврале и в июне 2025 года.
На первом, «зимнем», заседании, по словам Богачёвой, рассматривались две заявки с просьбами включить «школу Берггольц» в перечень выявленных памятников. Однако вскоре в КГИОП поступила третья заявка по этому же зданию — от Михаила Мильчика. В комитете приняли решение вновь собрать рабочую группу и рассмотреть все три заявки.
«Экспертный совет» собирался дважды, но разным составом. Сама Юлия Богачёва, по её же словам, участвовала и в февральском, и в июньском заседании комиссии, а после сама вычитывала проекты заключений по итогам обсуждений и вносила в них правки. Корректировки со стороны зампредседателя КГИОП, как отметила она сама, были исключительно техническими и сущности документов не касались.
В суде Богачёва также рассказала, что комитет изучал значимость дома № 54 по проспекту Обуховской Обороны, в том числе с помощью документов, хранящихся в городских архивах.
Одним из доводов в поступивших в КГИОП заявках было то, что здание «школы Берггольц» представляет ценность как объект исторической застройки района. Но в заключении у нас отмечено, что здание было надстроено, и поэтому считать его элементом исторической застройки мы не можем,
— отметила сотрудница КГИОП.
По словам Богачёвой, КГИОП также просил КРТИ и комитет по культуре сохранить гранитную доску, которая была размещена на доме № 54. На ней указывалось, что в июле 1941 года в здании школы формировалась дивизия народного ополчения Володарского района, участвовавшая в обороне Ленинграда.
В августе 2025-го эту доску сняли с дома и передали в музей 329-й школы.
Для установления мемориальной ценности «необходимы материальные свидетельства»
После допроса Богачёвой судья вызвала в зал ведущего специалиста КГИОП Петра Ершова. Он рассказал, что в комитете занимается обработкой заявок, собирает сведения об объектах, составляет проекты заключений по итогам заседаний комиссий.
Также именно Ершов готовил презентацию и выступал перед экспертной рабочей группой с докладом конкретно по «школе Берггольц».
По мнению ведущего специалиста КГИОП, мемориальная ценность зданий должна подтверждаться материальными свидетельствами. В случае с домом № 54 таковыми бы являлись интерьеры аудиторий школы № 117 или парты, заявил Ершов.
Представитель истцов Юрий Багров обратил внимание на то, что при обследовании «школы Берггольц» была обнаружена подлинная ограда лестницы. Однако в документах КГИОП этого не упоминалось.
Ершов отметил, что стены и лестницы не могут быть материальными свидетельствами мемориальной ценности. А то, что ограда лестницы является исторической, «не имеет значения».
Юрист градозащитников также отметил, что в проект заключения по итогам первого заседания рабочей группы КГИОП были включены цитаты о школьных годах Берггольц из её дневников. При этом в финальном варианте документа этих фрагментов не оказалось.
— В связи с чем были исключены из проекта цитаты из дневников Берггольц? — спросил Ершова Багров.
— Не помню, — ответил специалист КГИОП.
Сотрудник комитета также рассказал, что на заседаниях по установлению ценности здания на Обуховской Обороны обсуждалось строительство Большого Смоленского моста, но «на установление культурной ценности это не повлияло».
«Ко всему, что связано с блокадой, надо относиться с большим вниманием»
Последней в заседании 25 февраля допросили депутата ЗакСа Марину Шишкину. В июне 2025 года она участвовала в заседании рабочей группы совета при КГИОП и единственная голосовала против заключения об отсутствии признаков памятника у «школы Берггольц».
— Свое решение я мотивировала личной позицией. Я не архитектор, не строитель, не инженер, но я человек, который уверен, что у такого рода объектов [как «школа Берггольц»] есть определенная мемориальная ценность, — заявила в суде парламентарий.
Шишкина рассказала, что на заседании обсуждались дневники и стихи Берггольц, говорилось и о том, что в доме № 54 в 1941 году формировалась 1-я Гвардейская дивизия Народного ополчения.
Также, по словам депутата, на заседании разговор шёл об инженерных сложностях, которые не позволяют сохранить школу Берггольц, изменив проект строительства Большого Смоленского моста или передвинув здание. Звучали и аргументы о том, что память о школьных годах Берггольц уже увековечена в одном из лицеев Невского района.
— Однако то, что в городе много объектов, связанных с Берггольц, не дает права менее внимательно относиться к дому на проспекте Обуховской Обороны, — отметила Шишкина.
Вопросов к содержанию заключения, которое было составлено по итогам заседания рабочей группы КГИОП, у депутата ЗакСа не возникло.
После допроса Шишкиной судья объявила перерыв в заседании — поводом стало завершение рабочего дня. Допросить оставшихся свидетелей в суде планируется 4 марта.
