Репортажи

На суде по делу Скочиленко допросили доктора наук, которая раскритиковала экспертизу обвинения, и объявили отвод судье

На суде по делу Скочиленко допросили доктора наук, которая раскритиковала экспертизу обвинения, и объявили отвод судье

Саша Скочиленко. Фото: Анна Мотовилова / MR7

В Василеостровском районном суде 29 сентября продолжился судебный процесс по делу «о фейках об армии» художницы Саши Скочиленко. Второй день подряд с полудня и до закрытия здания суда — в том же темпе, как и неделю назад, когда судья вышла из отпуска. Защита представляет свои доказательства уже 11 заседаний, и её пытаются поторопить. В этот раз под вечер судья даже вызвала скорую, чтобы подтвердить, что Скочиленко может продолжать участвовать в процессе. Подсудимая назвала происходящее давлением, а её адвокаты заявили отвод судье. Это всё как будто оставило в тени главное — допрос доктора наук, которая раскритиковала экспертизу обвинения.

СПРАВКА

Саша Скочиленко — музыкант, художница, автор комиксов о ментальном здоровье, специалистка в области создания видеоконтента.

Уголовное дело о распространении «фейков об армии» (ст. 207.3 УК РФ) на Сашу завели после того, как она заменила несколько ценников в супермаркете на Васильевском острове на мини-листовки о ходе спецоперации и Владимире Путине. За это ей грозит до 10 лет тюрьмы.

Саша находится в заключении уже второй год, несмотря на большое количество хронических заболеваний. Её интересы в суде представляют три адвоката: Юрий Новолодский, Яна Неповиннова, Дмитрий Герасимов и защитница Маргарита Кислякова.

«Это больше похоже на имитацию экспертного исследования»

Доктор наук Ирина Левинская. Фото: Анна Мотовилова / MR7

Доктор наук Ирина Левинская. Фото: Анна Мотовилова / MR7

Сторона защиты Саши Скочиленко пригласила в суд филолога, доктора исторических наук Ирину Левинскую. Она автор нового лингвистического заключения, рецензии на экспертизу обвинения и альтернативную экспертизу филолога Светланы Друговейко-Должанской. Левинская занимается филологией около 40 лет и провела за это время порядка 80 судебных экспертиз. Например, она выступала экспертом в деле неонацистской банды, где нужно было проанализировать смысл татуировок участников.

В деле Скочиленко адвокаты попросили её ответить на вопрос: являются ли научно обоснованными выводы экспертов центра экспертиз СПбГУ (о том, что в листовках подсудимой содержатся «фейки об армии», усматривается «мотив ненависти и вражды» и «заведомая ложность») и выводы альтернативного эксперта — филолога Светланы Друговейко-Должанской (что некоторые листовки не содержат даже утверждений о российской армии и ни одна не дискредитирует её).

Читайте также

«Эксперты противной стороны сделали выводы не на основе лингвистического анализа»

В суде выступила филолог СПбГУ: она провела альтернативное исследование листовок Саши Скочиленко.

На предыдущем заседании адвокаты уже огласили само заключение Левинской. Она пришла к выводу, что экспертиза, которая лежит в основе обвинения, не имеет научных оснований, а эксперты выходят за пределы своих компетенций, как будто подменяя собой следствие или суд. А альтернативная экспертиза, наоборот, высокопрофессиональна и безукоризненна. Сегодня Левинскую подробнее расспросили обо всём этом.

— Первое, что бросается в глаза в этом заключении (в экспертизе в материалах дела.Ред.), — это то, что


она противоречит закону о судебной экспертизе.

Есть по крайней мере одна область закона, которую эксперт должен знать как «Отче наш», — это закон об экспертной деятельности. А также постановления Верховного суда и методические рекомендации Минюста в этой области — так начала своё выступление Ирина Левинская.

Нарушение закона о судебной экспертизе, по её словам, в том, что эксперты выполнили не то заключение, которое им заказали. Следствие попросило провести лингвистическую экспертизу, а они сделали комплексную, с участием политолога и филолога (даже без профильного образования и, может быть, без нужной квалификации, о чём свидетельствуют ошибки в тексте — обращает внимание Левинская). Больше того, эксперты не имели права делать выводы вместо следствия о наличии у Скочиленко «мотива ненависти и вражды» и искать «фейки» — но делали это.

Читайте также

Ошибочка вышла. Автор экспертизы по делу художницы Скочиленко признала, что в её заключении были «искажения»

Ни одного из заявленных лингвистических методов (контент-анализ, интент-анализ) эксперты не использовали по факту, это было даже невозможно в случае с листовками.

— Авторы понимают, что юристы не знают этих терминов, и сделали их нагромождение для наукообразности. Это больше похоже на имитацию экспертного исследования, — отметила Левинская.

Сотрудницы центра экспертиз СПбГУ Гришанина и Сафонова приравнивают фашизм к нацизму,

называют их в своём заключении синонимами — и на основе этого приходят к выводу, что Скочиленко сопоставляет Россию с нацистской Германией. Доктор наук Левинская подчёркивает: фашизм и нацизм не одно и то же, есть научный консенсус по этому поводу. Больше того, в листовке Скочиленко вовсе ничего такого про Россию не утверждается, — отмечает она.

Адвокат Юрий Новолодский попросил пояснить Левинскую: как правильно было анализировать листовки? Ранее эксперт СПбГУ Анастасия Гришанина рассказала в суде, что анализировала тексты на них как единое целое и даже вместе с текстом допроса Скочиленко. Новолодский пересказал это специалисту и попросил оценить.

Читайте также

«Автор выражает враждебное отношение к государственному строю, Путину и ВС РФ». В суде по делу «о фейках об армии» Скочиленко допросили эксперта-филолога

— Это антинаучный подход. Необходимо рассматривать текст каждой листовки отдельно,

он представляет отдельную смысловую единицу, — сказала Левинская.

Прокурор Александр Гладышев зашёл с козырей: он спросил специалиста, как она сама относится к спецоперации и Владимиру Путину, а также не связано ли её увольнение из Санкт-Петербургского института истории РАН с началом СВО.

— Вы знаете, сколько мне лет? — спросила Левинская в ответ на вопрос о причинах ухода из института (ей 71, пенсионный возраст). — В тот период я впала в депрессию, мне нужен был перерыв.

Гладышев уточнил, не участвовала ли она в акциях протеста. В ответ она сказала, что не участвовала, а у каждого эксперта, как и у любого человека, могут быть свои взгляды и убеждения — во время экспертизы он как бы надевает «шляпу непредвзятости, объективности». Гладышев подметил: «Это как прокурор» — чем вызвал смех в зале суда.

Судья поинтересовалась, прошла ли у Левинской депрессия на момент составления лингвистического заключения. После этого её отпустили.

Адвокат Юрий Новолодский и специалист Ирина Левинская. Фото: Анна Мотовилова / MR7

Адвокат Юрий Новолодский и специалист Ирина Левинская. Фото: Анна Мотовилова / MR7

«Оставить всё как есть было бы предательством подзащитной»

Когда допрос специалиста закончился, Саша Скочиленко попросила перерыв минут на 10, чтобы выпить таблетку от головной боли.

Её адвокат Яна Неповиннова напомнила, что девушка не обедала и не ужинала вчера и почти не ела сегодня, и предложила перенести судебное заседание на другой день.

Судья Оксана Демяшева в ответ вызвала скорую, чтобы проверить состояние Скочиленко и узнать: можно ли продолжать заседание сегодня. В июне она уже грозилась так сделать, но ей помешал адвокат Новолодский: тогда он заявил, что будет расценивать вызов скорой как принудительное медицинское обследование.

Сейчас защита даже не успела среагировать. Был объявлен перерыв, и уже минут через десять прибыла карета скорой помощи. Сашу обследовали, вкололи ей обезболивающее, рекомендовали поесть. Судье медики сообщили, что состояние здоровья Саши не очень и если ей будет хуже — медицинская помощь понадобится вновь. Несмотря на это, судья была настроена продолжать заседание: ведь девушке не нужна госпитализация.

Скорая рядом с Василеостровским районным судом. Фото: Анна Мотовилова / MR7

Скорая рядом с Василеостровским районным судом. Фото: Анна Мотовилова / MR7

— Я вынуждена рассматривать ваше поведение как давление на меня. Ещё вчера я чувствовала страх от этого, — заявила Скочиленко.

Она поделилась недоумением: как просьба сделать перерыв на 10 минут превратилась в вызов скорой? В итоге перерыв получился на полтора часа, и заседание продолжается. Саша рассказала, что в день суда просыпается в 6 утра, а вернуться может к полуночи — так было, например, вчера. Из-за этого ей в СИЗО не выдают нужные лекарства, она остаётся без обеда и ужина, а то и без завтрака.

— Я не понимаю, зачем вы морите меня голодом и делаете вид, что ратуете за мои права. Примите человеческое решение в этой ситуации, — сказала Скочиленко, обратившись к председательствующей.

Судья Оксана Демяшева предложила вызвать скорую ещё раз.

Адвокат Новолодский попросил Сашу подробно рассказать, что она ела вчера и сегодня — и выяснилось, что ничего, кроме одного банана. В последний раз полноценный приём пищи у неё был вечером 27 сентября.

— Режим уголовного разбирательства имеет форму пыток. Лишение пищи, лишение возможности принять лекарства — это проявления пыток.

Их необходимо пресечь, — заявил Новолодский.

Его поддержали и остальные адвокаты Скочиленко. Они назвали вызов скорой принудительной мерой медицинского характера, а поведение судьи в целом — недопустимым давлением.

Оксана Демяшева объявила о продолжении заседания, прокурор её поддержал: ведь врачи скорой подтвердили, что Скочиленко продолжать может. Судья также напомнила, что не несет ответственности за конвоирование и условия содержания в СИЗО.

Немного посовещавшись, сторона защиты объявила отвод судье Демяшевой. Адвокаты попросили время на подготовку документов. А если отвод просто будет отклонен, они готовы объявить его снова на следующем заседании.


— Мы заявляем вам отвод. Мы не видим другого выхода.

Есть основания думать, что у вас есть личная заинтересованность в исходе этого дела, — сказал адвокат Герасимов.

Адвокат Яна Неповиннова в очередной раз обратила внимание, что у обвинения было время на подготовку к заседаниям месяц-полтора, а сейчас, когда выступает сторона защиты, суды назначаются один за другим, с перерывом менее суток.

— Вы отказываете нам в отложении. Вы упорствуете, даже когда рабочий день окончен. Мы видим откровенно подыгрывание стороне обвинения. Вы не сделали ни одного замечания представителю прокуратуры, несмотря на его неподобающее поведение, а мы получаем замечания постоянно. У нас нет других объяснений, кроме вашей личной заинтересованности, — заявила Неповиннова.

Она также согласилась, что отсутствие сна и отдыха, доступа к еде и лекарствам — это пытка Скочиленко, которую нужно прекратить.

— Оставить всё как есть было бы предательством подзащитной с нашей стороны, — добавил Новолодский.

Прокурор Гладышев не стал спорить с защитой и просто напомнил, что у Скочиленко скоро заканчивается срок содержания в СИЗО — и его надо продлить на следующем заседании.

Адвокат Новолодский тут же заявил, что прокурору Гладышеву защита тоже запросит отвод — уже в третий раз. Потому что если для него даже сейчас главное, чтобы Скочиленко была за решёткой, это недопустимо.

— Наше намерение направлено на то, чтобы здесь состоялся честный и объективный суд, — завершил Новолодский.

Следующее заседание состоится 2 октября.

Приставы охраняют от посетителей дверь в коридор: там находится зал суда, где должен проходить процесс Скочиленко. Фото: Анна Мотовилова / MR7

Приставы охраняют от посетителей дверь в коридор: там находится зал суда, где должен проходить процесс Скочиленко. Фото: Анна Мотовилова / MR7

P.S.

Полная информация о деле Саши Скочиленко и делах других петербуржцев, которых обвиняют в распространении «фейков об армии», — в спецпроекте MR7. Мы также сделали бот в Telegram, где даём оперативные данные о судах по ст. 207.3 УК РФ.

Читайте также

«Маниакально пыталась оказать помощь». В суде по делу Саши Скочиленко допросили психолога

share
print