С клеймом на груди: акционист Павел Крисевич* рассказал о своей акции «Не могу больше мычать»

Петербургский акционист, эмигрировавший в Черногорию, Павел Крисевич* посвятил свою новую работу — мессенджеру «Макс» и другим событиям в России. Для этого вновь пришлось пожертвовать собой. На груди у Павла* был вытравлен знак «Макса». Фото и видео с акции Крисевич опубликовал у себя в соцсетях.

18+ НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЁН, РАСПРОСТРАНЁН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ КРИСЕВИЧЕМ ПАВЛОМ ОЛЕГОВИЧЕМ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ КРИСЕВИЧА ПАВЛА ОЛЕГОВИЧА ИНОСТРАННОГО АГЕНТА

— Собственно, акция у нас сложилась в последнюю неделю, когда стало как-будто избыточно много новостей про установку и использование «Макса», — объясняет Павел*. — И на это сверху наложилось общее сравнение. Собственно, у коров никто не спрашивает, хотят ли они, чтобы на них было клеймо, по которому фермер может показать, что эта корова принадлежит ему. 

К рассуждениям о мессенджере добавились мысли по другим недавним инфоповодам. Например, о наводнении в Дагестане и связанных с ним обвинениях местных чиновников, как будто без учёта ответственности на федеральном уровне.

А ранее в России обсуждалась проблема вспышки заболевания и уничтожения скота в декабре 2025 — марте 2026-го в Алтайском крае, Новосибирской области и других регионах Сибири. По официальным данным это был пастереллез (бактериальная инфекция), ящур не подтверждался (вспышка этого более опасного заболевания могла бы, например, привести к проблемам с экспортом мяса из России). Фермеры были возмущены изъятием животных, способами умерщвления, сроками карантина и размерами компенсаций. 

— Я начал думать, как можно отразить эмоции от всех этих событий, и под руку попала документация перформанса Олега Кулика «Не могу больше молчать», в частности единственная фотография первого акта этого перформанса, где Кулика клеймовали, — рассказывает Павел Крисевич*. 

Он говорит об акции известного «возмутителя спокойствия» Олега Кулика. В постсоветские годы уроженец Киева поражал мир своими перфомансами. Неоднократно, например, он представал в образе собаки, исследуя и показывая таким образом человеческое и животное. В 1996 году Кулик был возмущён уничтожением почти четырёх миллионов коров в Великобритании. Там зафиксировали вспышку бешенства. Животных приговорили к массовому убийству для спокойствия и Британии и Евросоюза. Акционист приехал в Страсбург и на площади у здания Европарламента предстал вновь в образе собаки, привязанной к живому телёнку, накрытому британским флагом. Продолжением акции стало клеймение знаком Евросоюза.

— Эта акция не самая знаменитая, поэтому её в инфополе не так часто встретишь, и я решил совместно с Гермесом Зайготтом её обновить под современные реалии. К тому же вернуть её смыслы из протеста, направленного в Европу (Кулик протестовал против убоя коров в Великобритании), на протест в Россию. Вернули, так сказать, логос на Родину. И этим мне нравится общая задумка оммажа, что художники 1990-х шли в Европу, играя на её злободневных темах, а мы же возвращаем эти задумки на российское поле, чтобы мы, художники в эмиграции, могли их энергией хоть немного приблизить момент, когда сможем вернуться в Россию, — объясняет Павел Крисевич*.

Гермес — российский художник, музыкант, перформер и поэт, родившийся в Ленинграде, работавший в Европе, США и Москве. По словам Павла, он помог ему в реализации акции «Не могу больше мычать», так как знал особенности бэкстейджа оригинальной акции Кулика. 

— Но мы проявили и свою изобретательность. У нас теперь есть собственное клеймо «Макса», которое можем поставить любому желающему, — добавляет Павел*.

При этом акционист уточняет, что сам с новым российским национальным мессенджером «взаимодействует только внешне», хотя среди его близких есть те, кто установил его вынужденно.

— Я пока этого удовольствия избежал, пока только периодически слышу разговоры о том, что кто-то его скачал или, наоборот, не собирается, — говорит Павел*.

Впрочем, у него есть своё «клеймо». В ноябре 2025 года он был признан иноагентом в РФ. Это произошло между административными арестами, после освобождения в январе того же года из колонии, где Павел* отбывал срок по уголовному делу за акцию на Красной площади. В конце 2025-го он уехал из России.

— Насчёт клейма иностранного агента — я его ощущаю каждый раз, когда надо ставить плашку, так как я пока пытаюсь избежать давления на родных, — отмечает Павел*.

* внесён Минюстом в реестр иноагентов в РФ