Дебра Шеннон
«Заплати вперед»
Все началось ранним утром 1996 года. Я тогда работала в компании Continental Airlines. Я была менеджером по обслуживанию клиентов и принимала жалобы в достаточно крупной авиакомпании. В нашем здании работало более 900 человек, и часто в нашу столовую приходили представители разных организаций, что-то рассказывали о себе, куда-то приглашали.
Дебра в клинике в Вашингтоне в день, когда она стала донором.
В тот раз к нам пришли из Be the Match (крупнейший в США регистр доноров, — прим. ред.). Я прочитала брошюры, которые они оставили: с помощью простого мазка изо рта меня можно было добавить в регистр доноров костного мозга и это могло кому-то спасти жизнь. Не долго думая в свои 29 лет, замужняя мать троих маленьких детей, я решила, что хочу попробовать. Я понимала: если помощь потребуется кому-то, кого я люблю, я хочу, чтобы нашелся такой донор. Так что «заплатите вперед» (так называется популярное благотворительное движение и сама идея, когда можно, например, заплатить за будущего покупателя, у которого нет средств, в кафе или магазине, — прим. ред.) и помогите другому человеку, решила я.

Так я стала кандидатом в доноры костного мозга. Просто мазок и меня внесли в регистр.
Дебра с детьми в 1989 году.
Фото из семейного архива.
22 года спустя
Перенесемся в октябрь 2018 года, я была в отпуске в Лас-Вегасе, штат Невада, со своей семьей, и у меня зазвонил мобильный телефон. Звонивший сказал, что он из Be the Match, и помню ли я регистрацию в регистре. Я сказала: «Да, конечно». Меня попросили ответить на вопросы о здоровье и семейном анамнезе, это заняло минут 45, и потом предложили пройти повторное тестирование. Оно требовалось, чтобы понять, могу ли я стать потенциальным донором. Когда я вернулась во Флориду, мне пришлось ускорить оформление документов и сдать анализы.
Я очень забеспокоилась, когда мне сказали, что я могу помочь девушке, у которой рак. Уже когда приближался день забора крови, мне сообщили, что она из России.
Я рассказывала своим коллегам о том, что собираюсь стать донором, о регистре, в который давно внесена. И тут я поняла, среди них нет больше никого, кто в этом бы участвовал. И тогда я решила завести страницу в Instagram и в этом блоге рассказывать о собственном опыте донорства, чтобы люди видели, как весь процесс начинается и заканчивается.


То, что я чувствовала в те дни, я запомню навсегда. Осенью 2018-го все уже было почти готово, я могла начинать готовиться к забору крови, но неожиданно мне сообщили, что врачи в России и сама девочка не готовы (Светлана в этот момент попала в больницу с серьезным осложнением и проводить пересадку в это время было невозможно по медицинским показаниям, — прим. ред.). Меня попросили оставаться на связи. А главное — если вдруг по стечению обстоятельств я снова кому-то подойду как донор, то мне советовали отказаться и не связывать себя с кем-то еще, кроме девушки из России. Дело в том, что стать донором костного мозга можно только раз в жизни. А для реципиента из России (я же тогда еще не знала, как его зовут) я была идеальной парой. Наш генотип совпал на 100 процентов. Когда меня просили подождать, я очень переживала, мое сердце разрывалось.
Спасибо судьбе
И вот, наконец, 16 января 2019 года снова раздался телефонный звонок: мне сказали, что можно продолжать и готовиться к трансплантации. Я повесила трубку, переполненная эмоциями. Я плакала! Я была благодарна, что меня выбрали, чтобы помочь этой молодой женщине.

Вскоре мне прислали пакет, в котором были инструкции, что можно и чего нельзя делать перед забором крови.

Тогда же мне сообщили, что, возможно, я никогда не узнаю, кто станет получателем моих клеток костного мозга. Это зависит и от того, как пройдет пересадка и от самого реципиента — его желания знакомиться со мной. Это меня опечалило, но в глубине души я знала, что в любом случае, даже если бы я могла дать этой девушке всего один день, месяц или год на этой земле и не узнала, кто она, я бы все равно была благодарна судьбе, что получила такую возможность.
Меня поддерживала вся моя семья. Я видела, что подписчики моего блога в Instagram тоже присоединяются к регистру и теперь тоже могут спасти жизнь. Это тоже меня очень радовало.
Неделя перед трансплантацией была трудной. Я пошла в клинику для первых уколов лекарств. Затем в следующие шесть дней ко мне домой приходила медсестра, чтобы сделать уколы. Они способствовали выработке нужных клеток в организме. Я придерживалась растительной диеты, чтобы увеличить количество витаминов в организме, и принимала меры предосторожности, чтобы не возникало побочных эффектов от уколов. В то время я все еще работала в United Airlines, мне пришлось взять отпуск, чтобы вылететь из Флориды в Вашингтон, где находился донорский центр.

За день до сдачи крови у меня началась сильная мигрень — это было самое неприятное из побочных эффектов. Из-за головной боли было сложно лететь на самолете, но сотрудники авиакомпании старались максимально меня поддержать, создать самые комфортные условия — они знали мою историю и зачем я лечу в Вашингтон.
День забора крови
В комнате донорского центра нас было четверо — тех, кто сдавал кровь в этот день. У меня было отличное настроение, просто восторг. Я захватила с собой книгу, но не читала, а с интересом рассматривала все медицинское оборудование и понимала, что эта комната полна поразительных достижений в медицине.

Потом была недолгая процедура забора крови. Обычная медицинская процедура. Когда все закончилось, нас попросили задержаться в городе на случай, если мы почувствуем себя хуже. Тогда врачи были готовы нам помочь. Но все прошло идеально. Я чувствовала себя отлично, а мои клетки летели в самолете, хоть никто и не мог мне сказать, куда именно.
Дебра во время процедуры забора донорских клеток.
Фото из личного архива.
Когда я вернулась во Флориду, сотрудник регистра, который со мной работал, еще раз позвонил и сообщил, что уточнил статус моих клеток: они благополучно добрались до России и уже прошла пересадка реципиенту.

Я была уже полностью спокойна, зная, как я уже говорила ранее, что у этой девочки и ее родителей теперь больше времени — я не знала, сколько: минута, день или годы — но это все равно это больше, чем было раньше. И все просто потому, что когда-то я зарегистрировалась, чтобы помочь другому человеку.
Текст Дебры Шеннон, фото из личного архива.