Новости

Молодые и свободные больше не хотят сидеть в офисах: достало

Поколение молодых — в возрасте около 30 — не хочет, как их старшие братья и сестры, сидеть в одинаковых офисах с видом на рабочий стол соседа. Но и работать из дома многим не нравится: нет общения, обмена опытом, а значит — социализации. Отсюда — тренд на работу в так называемых креативных пространствах, располагающихся в бывших промышленных зданиях и старинных домах: свой магазин, мастерскую или кофейню можно оборудовать так, чтобы после работы не хотелось уходить домой.

Недавно в Петербурге открылось новое креативное пространство «Третий кластер» — несколько этажей магазинов, кафе, мастерских в трехэтажном доме XIX века на 8-й Советской, 4. Александр Басалыгин и Сергей Ларионов из BS Art Development нашли этот дом в конце лета 2013 года. «Фактически это был кусок хлама с обваливающимися потолками и разнесенными стенами. За два месяца мы получили готовый объект», — говорит Сергей.

Фото: С. Николаев

«Третий кластер»

«Персонал, который здесь работает, также трудится в офисе. Днем мы все — „офисный планктон“. Носим костюмы. Бармен работает пиар-менеджером, официантка — мой бухгалтер. Вечером они перевоплощаются. Я становлюсь кальянщиком, партнер — арт-директором. Мы просто решили что-то сделать для души. В офисе я работаю с 9 до 17:00, и с 6 вечера до ночи я здесь», — рассказывает Сергей Умняков, совладелец кальянной Covёр, расположенной на третьем этаже «Третьего кластера».

То, что объединяет всех резидентов креативного пространства: нежелание работать — весь день или всю жизнь — в офисе, формализованном пространстве с заданными правилами игры. Анна Шарафутдинова, совладелица парикмахерской «О'вечности», говорит, что раньше, как и партнер Мария, работала в офисе, юристом — «и света белого не видела». «Офис — это компьютер, стол, документы, — рассуждает Анна. — В парикмахерской же — в отличие от стандартных салонов красоты — мы предлагаем расслабляющую обстановку. Люди могут приходить, просто чтобы посидеть и пообщаться. Когда им нужно будет, они придут постричься. Я хочу создать атмосферу уюта: приходишь и становится тепло».

Арендаторы — в основном, молодые люди от 27 лет. Кто-то до «Третьего кластера» и правда работал дома: например, у Романа Южанина из тату-студии Modificator стаж работы на дому — 14 лет. В «Третьем месте» Роман — как и другие резиденты — задерживается и сверх привычных «рабочих часов», чтобы рисовать. Клиенты — под стать месту: в частности, художник Петр Павленский, портрет с зашитым ртом которого висит на стене среди других фото-снимков. Рот Павленскому на акции в поддержку Pussy Riot зашивала коллега Романа; а накануне акции на Красной площади (когда художник прибил свою мошонку к брусчатке) Петр заходил в студию — консультироваться и забрать необходимые для перфоманса материалы.

Артем Латынов и Катерина Кладова из магазина косметики ручной работы Zephyr до «Третьего кластера» функционировали как интернет-магазин — склад был расположен на дому. Но их товар по интернету не понюхаешь. «А это как вам? А какой запах лучше — этот или этот?», — Артем, едва мы вошли, сует мне под нос баночки со скрабом, куски мыла. Объясняет, что можно не покупать: важнее общение. В торговом центре, молле Артем с Катериной размещать магазин не захотели: люди, объясняют они, потоком идут мимо, а навязчивые продавцы, как коршуны, налетают на жертву с вопросом «вам помочь?».

В креативном пространстве — в отличие от работы на дому — важным преимуществом является социализация сотрудников. Здесь все знакомы друг с другом. Дополнительный стимул для общения — система взаимных скидок для всех резидентов, объясняет один из кураторов «Третьего места» Сергей Ларионов. То есть в баре Humboldt сделают скидку на обед для сотрудников магазина одежды для котов и собак U: ME&Pets, и наоборот. В итоге в кафе «Лавка Глазурь» на первом этаже мы застаем чуть ли не половину резидентов. Совладельцы — Александр и Анастасия Ким — рассказывают, что за служебным помещением есть кабинет, где можно работать, пока в «Глазури» течет своя жизнь.

Ощущение офиса, муравейника многих гнетет. Казенщина, когда у всех одинаковые столы, стулья, компьютеры — вгоняет в депрессию.

Вообще, здесь много резидентов-пар: возможность работать вместе с другом или супругом — еще один приятный бонус для молодых. В «Кухне» — кулинарном пространстве, где проводятся мастер-классы, совместные просмотры футбольных матчей — видим трогательные снимки из фотобудки Романа Васильева и Ксении Зайцевой. Ксения — красивая девушка в тематической худи с надписью «le creme» — рассказывает, что до сих пор, как и у Артема с Катериной из Zephyr, у них с Романом был интернет-магазин, а теперь они вышли «оффлайн» с более разноплановым проектом.

Арендаторы рады общаться с посетителями. Они вручают визитки. Дарят мыло ручной работы. Предлагают чай. Кофе. Снова чай. Набить тату.

Наконец, важное преимущество креативного пространства: люди сами создавали интерьеры, в которых они работают. Они не загнаны в рамки, которые за них придумали другие. «Мы разговаривали с каждым арендатором: спрашивали, что будет за помещение. Если мы знаем и чувствуем человека, от него фактически нужен только список предполагаемых работ. Мы знаем, что они сделают хорошо, — рассказывает Сергей Ларионов. — У нас разные помещения: от 6 метров до 100. В маленькую студию с небольшой арендной платой приходит молодой человек или пара со стартапом — как правило, небольшой бизнес (1−2 года), они хотят развиваться. Есть люди, у которых свои фирмы, и они хотят современный проект: при этом им нравится духовная составляющая креативных пространств. Это хедлайнеры: например, у кальянной аренда более 100 метров. Понятно, что более 100 тысяч рублей за аренду может позволить уже состоявшийся человек».

Мнения

Почему молодые и активные выбираются из скорлупы кабинетов, неуютных опенспейсов и фриланса на дому, предпочитая работать в креативных пространствах и лофтах?

Дмитрий Ольшанский, психоаналитик: «Они могут организовать интерьер — такое пространство, которое им нравится. С одной стороны, нужно идти на работу — ведь сидение дома расслабляет, расхолаживает. Необходимость выходить организует и дисциплинирует. С другой — ощущение офиса, муравейника многих гнетет. Это та казенщина, когда у всех одинаковые столы, стулья, компьютеры — вгоняет в депрессию. А тут ты можешь прийти на рабочее место и устроить все, как тебе надо: хоть стены в оранжевый цвет покрасить.

У меня примерно такая же ситуация: есть кабинет, который я сам себе оформил. Это не психоаналитический центр, где у всех одинаковые кушетки и кресла. Я сделал так, как удобно мне. Как в фильме «Мимино»: если водитель едет так, как ему нравится, то и пассажир поедет так, как ему понравится. Если удобно мне, то удобно и тому, кто ко мне приходит. Рабочее место — кусочек моего пространства. Я клиента как будто принимаю у себя в гостях. Срабатывает важный психологический момент: с одной стороны, работа — это работа, ты не просто дома сидишь и чай пьешь. Но в то же время работа — это часть приватного пространства. Я понимаю людей, которые остаются в таких местах и после работы — читают, встречаются с друзьями. Это влияние новой эпохи — раньше такого не было".

Олег Паченков, кандидат социологических наук, научный сотрудник Центра независимых социологических исследований: «Офисы обычно однообразно организованы. А креативные пространства, как правило, открываются в индустриальных зданиях (впрочем, необязательно). Это своеобразная эстетика — другая, неофисная. Офисы — боксы. Они предполагают жесткую организацию времени и деятельности. Тебя туда засовывают и форматируют. А в пространствах люди создают собственный формат. Каждый — свой. Репертуар возможностей гораздо шире.

Резиденты — как правило, творческие люди, которым требуется самореализация. Им хочется создавать не только финальный продукт, но и формат, в котором они работают. Их креативность и созидательность выходят за рамки приличного в офисе. Они на каждом шагу каждую минуту что-то создают. Эти люди более свободные и творческие, потому что они не вставлены в рамки".

Другие креативные пространства

В Петербурге за последние несколько лет открылось большое количество креативных пространств. Вот лишь десять из них:

«Архитектор» (Миллионная, 10) — еще один проект команды «Третьего кластера» с упором на тусовочность, активный отдых.

«Пушкинская, 10» (Лиговский пр., 53) — арт-центр — который начинался в конце 1980-х как сквот, объединяющий ленинградский культурный андеграунд — является прародителем креативных пространств города. Сейчас там расположены студии музыкантов, галереи, клубы, музыкальный магазин и даже храм рок-н-ролла.

«Скороход» (Московский пр., 107, к.5) — театральный лофт в здании бывшей обувной фабрики. Акцент — на культурно-просветительскую составляющую (спектакли, концерты, лекции). Есть и кафе.

«Табурет» (Невский пр., 74) — двухуровневое пространство в центре Петербурга; с такими якорными резидентами, как школа медиа и дизайна «Мастерские T&V», «Теории и практики Петербурга», агентство «Сарафан PR».

«Тайга» (Дворцовая наб., 20) — старинный особняк с видом на Петропавловку, объединяющий людей околотворческих профессий: дизайнеров, музыкантов, рекламщиков и т. д.

«Ткачи» (наб. Обводного канала, 60) — самый большой креативный лофт Петербурга, расположенный в здании бывшей ткацкой фабрики; с магазинами и шоу-румами, архитекторскими бюро, творческими мастерскими и прочим.

«Третье место» (Марата, 57) — кафе, коворкинг и мини-отель; «место для общения с единомышленниками, саморазвития, и, конечно же, вкусного и полезного времяпровождения» — так они сами себя аттестуют.

«Четверть» (пер. Пирогова, 18) — несмотря на конфликт с арендодателем, команда креативного проекта продолжает работать в особняке XVIII века, который за год превратила из руинированного дома с привидениями в приятное пространство для хипстеров. Здесь магазины, шоу-румы, концертная площадка, веганский рестобар.

«Этажи» (Лиговский пр., 74) — первый лофт-проект Петербурга. Резиденты «Этажей»: бар, кофейня, галереи, магазины, турфирма, модельное агентство, хостел, коворкинг.

Kokon Space (Каменноостровский пр., 38) — буфет, йога, модные мастер-классы, тату-студия и многое другое.