Как я помогал жене рожать
Единственный человек, который полностью одобрил мою идею присутствовать на родах — подруга, чей муж год назад «рожал» вместе с ней. Остальное окружение восприняло мою идею с разной долей скепсиса.
Одобрение со стороны родителей звучало так: «Ну, надо, значит надо». Друзья смотрели на меня недоуменно и провожали в роддом, как на войну.
В чем-то они были правы. Потому что за право присутствовать на родах своего ребенка пришлось побороться. Кроме того, что надо было собрать целую кипу справок и сдать не один анализ, пришлось общаться с врачами. Так вот совершенно неожиданно врачи-женщины начали меня отговаривать от этого опрометчивого, на их взгляд, шага.
«Да чего тебе там делать-то, зачем тебе это надо. Это женское дело», — говорили они. Правда, поворчав, все равно выдавали справки. А одна из них прямо заявила: «Не дам справку. Нечего тебе там делать. Мы вот раньше без мужей рожали и ничего, все живы». Мои доводы, что я хочу поддержать жену и что ей так будет спокойней, врача не убеждали. Но со словами «делайте, что хотите, но я вас предупреждаю» она все-таки поставила свою визу.
Надо сказать, что бесконечные аргументы знакомых и врачей против присутствия на родах мужчин все же внесли коррективы в мои планы. Семейный совет, проведенный на 28-й неделе беременности, постановил, что я буду морально поддерживать жену только во время схваток, а уже когда начнутся сами роды, то пойду курить в коридор.
И вот 17 июля около 15 часов начались схватки. Через полчаса мы были в роддоме. Еще через полчаса мы попали, как я думал, в предродовое отделение. Прошел еще час. Жену терзали схватки, я стоически ее поддерживал. А когда я спросил акушерку, когда жену переведут в родовое отделение, она спокойненько так сказала: «Вы уже рожаете». Я начал переживать только после этих слов, но уйти из родового блока я уже не смог.
Не могу сказать, что от меня там что-то зависело, но лишним я себя уж точно не почувствовал. Потому что ногти жены больно впивались мне в руку. А потом она мне сказала, что ей было намного спокойнее и легче от того, что я был рядом и во время родов.
Около 18 часов Тимофей, наш сын, поздоровался с миром. И мне показалось, что я сам заново родился. И еще: я наконец-то понял значение слова «эйфория». Я первый взял Тимоху на руки, мне даже показалось, что он узнал меня.
На прошлой неделе Тимофею исполнилось полгода, он радуется, когда я прихожу с работы и улыбается. Это очень приятно. И я не знаю, была бы у нас с ним такая же эмоциональная связь, если бы я не присутствовал на родах. Еще хочется сказать, что с женой у нас после этого отношения стали только крепче и нежнее. Так что, если нам посчастливиться завести второго ребенка, мы опять будем рожать вместе.