Культура

Сто картин в одной коробке — «Shirota-100»


версия для печати
Искусство повсюду — уверены создатели проекта поиска художников в интернатах.
Сто картин в одной коробке — «Shirota-100» Фото: Галина Артеменко / MR7

В галерее «Борей» представили каталог «Shirota-100». Это сто открыток в одной коробке, на которых напечатаны сто картин сорока двух художников, большинство из которых живут в психоневрологических интернатах Петербурга и Ленинградской области.

Искусство и правозащита

Девиз проекта «Широта и долгота» — «Искусство повсюду». Все те, кто его создал и поддерживает, в первую очередь, художники и искусствоведы, а не волонтеры, соцработники, арт-терапевты и т. п. И ищут они художников, людей, способных на собственное видение мира, собственное высказывание о нем. Ищут, чтобы открыть этих людей этому самому миру.

Куратор «Широты и Долготы» Наташа Петухова, когда-то руководившая арт-студией благотворительной организации «Перспективы», а сейчас сотрудница Русского музея, не любит давать определений тому искусству, которое ищет и пестует. Нет искусства какого-то специального — аутсайдеров ли, «особых» ли людей. Есть просто живое искусство, свободное от условностей.

«Широта и Долгота» приезжает в психоневрологические интернаты (ПНИ), в те, где есть арт-студии, и туда, где студий нет, а художники есть. В приюты, такие как «Покровская община». Художники, которых открывает и поддерживает «Широта и долгота», становятся участниками выставок в Эрмитаже, Русском музее, других городских музеях и галереях, а также Уральской биеннале современного искусства.

О каждом из сорока двух художников можно много говорить, жизнь каждого уникальна и богата, хотя почти все они ограничены в передвижении за стенами интернатов, а некоторые лишены дееспособности, то есть даже вывезти художника, чтобы он или она открыли свою персональную выставку или поучаствовали в коллективной — большая проблема. Ведь опекун — интернат. Надо договариваться, а это не всегда легко. И как бы ни хотелось говорить только об искусстве, невозможно в работе с художниками обойти тему правозащиты и необходимости изменения самой системы интернатов.

Антонина Алексеева Яблоки.jpg

Фото: Антонина Алексеева. "Яблоки"

Дом — интернат — музей

Создатели каталога «Shirota-100» посвятили его памяти двух ушедших в пандемийный год художников — Антонины Алексеевой и Ильгара Наджафова.

Антонина Тимофеевна Алексеева больше известна как баба Тоня. Она жила в Покровской общине для бездомных инвалидов. Антонина родилась в 1939 году в семье, где было восемь детей, девочка только два года училась в школе; отец погиб на войне, семья была большая, надо было работать. В жизни Тони было счастье — и муж, и сын. Но они один за другим погибли в конце 1980-х. Тоня лишилась жилья, блуждала. И не помнила, как оказалась в Покровской общине в возрасте уже за 70 лет. Ольга Конышева, которая руководит арт-студией Покровской общины, вспоминает, как баба Тоня отказалась рисовать черным цветом, взяла свою красную помаду и начала рисовать яблоки. Она создавала фантастические деревья и цветы, столь яркие и прихотливые, как будто она это разглядела где-нибудь в Индии, к примеру, где баба Тоня, конечно же, никогда не была. Она рисовала и пела частушки, придумывала, что нарисует, когда гладила белье или что-то мыла.

Ильгар Наджафов Чайная плантация (1).jpg

Фото: Ильгар Наджафов "Чайная плантация"

Ильгар Наджафов родился в Баку в 1974 году. Их было двое братьев-близнецов, но Ильгар из-за врачебной ошибки стал инвалидом. В восьмилетнем возрасте он оказался далеко от родного города — в детском доме-интернате для детей с тяжелыми нарушениями развития № 4 в Павловске. Потом, когда вырос — в ПНИ № 3 в Старом Петергофе.

Ему повезло — он встретил хороших людей и в детском доме, и в интернате. В учреждения пришли «Перспективы» — благотворительная организация, помогающая людям с тяжелой инвалидностью. Ильгар реализовал свой талант художника — в арт-студии «Перспектив» в ПНИ № 3. Ильгар играл на сцене в международном проекте «Театр без границ», он ведь и Гамлета играл! Его не стало в январе этого года, умер в больнице от коронавируса.

Юрий Зеленко Венера Урбинская (2).png

Фото: Юрий Зеленко Венера. "Урбинская"

Десятки судеб

В каталоге также представлены работы других художников — каждый из которых уникален, ни на кого не похож. Так и не увидел своей большой персональной выставки к 65-летию Юра Зеленый — Юрий Зеленко. Еще недавно его, в костюме и галстуке-бабочке, можно было встретить на вернисаж в галерее «Борей». У него были нежнейшие рисунки, драматическая судьба. Юры тоже больше нет. Умер 20 февраля…

Алексей Сахнов и Юлия Косульникова, Александр Минин и Кирилл Шмырков, Алексей Герасимчук и Юрий Козлов. Десятки фамилий, судеб ушедших и ныне живущих художников.

Подробнее о проекте — его создателях и его художниках, а также об арт-студиях в интернатах можно узнать на сайте «Широта и Долгота».

Ранее по теме


Следите за новостями в Петербурге, России и во всём мире в удобном для вас формате: Яндекс.Дзен, «Вконтакте», Facebook, Twitter, Telegram, Instagram, Яндекс.Новости


Лента новостей