Культура

Облик города и человека


версия для печати
В эти январские дни в Петербурге можно увидеть сразу несколько выставок художников, работавших в блокаду.
Облик города и человека Фото: Галина Артеменко/ рисунок Адриана Каплуна

«Мы получили разрешение на зарисовки по Ленинграду. Сделать их необходимо — это долг наш, художников. Если в мае блокада будет ликвидирована, то облик города, стойко выдержавшего осаду, быстро изменится. К сегодняшним нашим рисункам не пропадет интерес и через сотню лет», — так писал в 1942 году художник Николай Быльев-Протопопов. Блокада будет ликвидирована еще не скоро — 27 января 1944 года. А рисунки художников, запечатлевших блокадный город, до сих пор остаются бесценными свидетельствами.

Сегодня в Петропавловской крепости, в выставочных залах Комендантского дома открывается выставка «Рисуя блокаду. Дневник архитектора Якова Рубанчика. 1941−1944», которая представляет коллекцию блокадных рисунков ленинградского архитектора и художника Якова Осиповича Рубанчика из собрания Государственного музея истории Петербурга. Художник создал более 330 работ: он запечатлел укрытие памятников, строительство оборонных сооружений и страшную повседневность жизни и смерти в блокаду, блокадные очереди, мертвых на улицах, очистку города весной 42-го, блокадные огороды. Последний лист серии изображает публичную казнь через повешение восьми немецких военнослужащих, состоявшуюся на площади перед кинотеатром «Гигант» 5 января 1946 года.

В Музее русского авангарда — Доме Матюшина — накануне открылась выставка «Военные зарисовки Павла Кондратьева». Павел Кондратьев — ученик сразу трех крупных мастеров русского классического авангарда — Матюшина, Филонова и Малевича. Летом 1941 года Кондратьева призвали в армию, где он занимался маскировкой самолетов на аэродромах. Зиму 1941−1942 года художник провел в блокадном Ленинграде. В сентябре 1942 года Кондратьев был назначен начальником маскировочной службы Военно-воздушных сил Краснознаменного Балтийского флота и отправлен на передовую в поселок Приютино.

В Музее обороны и блокады Ленинграда до 11 февраля открыта выставка «Вера Милютина. Александр Розанов. Союз, рожденный в блокаду». Эта выставка — посвящение блокадной любви. Милютина и Розанов, художник и композитор, петербургские интеллигенты, они были знакомы еще до войны, но в 1943 году встретились вновь и не расставались уже никогда, прожив вместе 43 года. Вера Милютина в истории ленинградской графики навсегда осталась как автор серии рисунков «Эрмитаж в дни блокады», созданной художником в конце зимы — начале лета 1942 года. «Эри рисунки потрясают душу видом разоренных эрмитажных залов и мертвенностью блокадного пейзажа за их окнами», — написала в тексте каталога куратор выставки, главный хранитель Музея обороны и блокады Ленинграда Елена Харлашова. Впервые на выставке в музее обороны и блокады Ленинграда «эрмитажный цикл» Милютиной представлен так полно — 14 рисунков и 3 фотографии с утраченных рисунков. Большинство рисунков Милютиной выполнено прессованным углем и карандашом, а часть работ, выполненных цветными карандашами и акварелью, пропала в войну из кабинета Бориса Загурского — начальника Управления по делам искусств при Ленинградском горсовете. Пропали тогда и многие работы Адриана Каплуна, который вместе с Верой Милютиной и другими художниками рисовали блокадный Эрмитаж.

Я начала свой текст с цитаты из блокадного дневника художника Николая Быльева-Протопопова, хранящегося в Центральном государственном архиве литературы и искусства на Шпалерной, 34. Там же хранится и дневник Адриана Каплуна и папки с его блокадными рисунками.

20210119_131616 (1).jpg

«Сейчас ½ 12 ночи. Я всегда один. Я не скажу, чтобы я за все пятьдесят лет хотя бы скучал. Я не знал скуки, я не знаю этого чувства. Я знаю одно: так много всегда было нужно сделать и теперь, как никогда, я тороплюсь работать, думать и что-то сделать полезное для людей. Я счастлив, когда мне что-нибудь удается в работе», — 10 января 1943 года Каплун записывает в дневнике эти слова. Он жил в центре города, в марте 1942 от голода умерла его жена Вера. И в папках с рисунками блокадного города — боевыми кораблями на Неве, полуразрушенными домами, быстрыми зарисовками людей — есть несколько рисунков, которые посвящены смерти жены. Это рисунок братской могилы на Волковом кладбище.

20210119_130800.jpg

Художник отмечает, что Вера умерла 23 марта 1942 года «в 4:30 вечера». Еще рисунок 28 марта того же года — «Братская могила Верочки». Горе потери и боль одиночества не отпускает немолодого художника — через год 23 марта 1943-го он делает зарисовку «Вход на Волково Лютеранское кладбище, где стояло у ворот тело Верочки». 25 марта 1943 года рисует ее карандашный портрет: «Год уже со смерти». И вопрос: «Почему я ничего не (и дальше не очень разборчиво — «не дописал» или «не запасал»). Еще рисунок — вид из окна квартиры в центре города. На этом листочке несколько записей разных военных лет. «3 августа 1942 года.10 вечера. Страшный вечер». «14 декабря 1944. Теперь все уже тихо, поздно. А теперь уже горят большие фонари парные с 8 часов вечера и до 2 ночи. Светло, светло и никого нет на нашей пощади. Я смотрю из окна (нрзб.) и всегда думаю о тебе, мой друг Верочка. Моя любовь!» — последняя запись на этом рисунке датирована 26 февраля 1945 года. Адриан Каплун умер в 1974 году, пережив свою жену на много лет.

Представленные в фотоальбоме работы Адриана Каплуна из архивов ЦГАЛИ публикуются впервые (фото: Галина Артеменко)

  • 20210119_130841.jpg
  • 20210119_131049.jpg
  • 20210119_125324.jpg
  • 20210119_130800.jpg
  • 20210119_124756.jpg
  • 20210119_130319.jpg

 

 

Ранее по теме


Следите за новостями в Петербурге, России и во всём мире в удобном для вас формате: Яндекс.Дзен, «Вконтакте», Facebook, Twitter, Одноклассники



Лента новостей