Город

«Если они не увешаны медалями, как немецкие овчарки, нам это не интересно»


версия для печати
Жертвой конфликта петербургского речного яхт-клуба Профсоюзов и Смольного в лице Школы высшего спортивного мастерства (ШВСМ) на Петровской косе, кроме яхтсменов, стали дети из Детской парусной школы. Яхт-клуб, загнавший себя в тупиковую ситуацию и оставшись без выхода к воде, предложил ШВСМ сделку: мы вам школу, а точнее, ангар и лодки, а вы нам — договор о совместном водопользовании.
«Если они не увешаны медалями, как немецкие овчарки, нам это не интересно» Фото: Георгий Марков

Тренеров, родителей и детей, которые занимаются в парусной секции поставили перед фактом. Только им эта идея не понравилась, они написали в соцсетях кучу постов и обращений к власти, прочитав которые руководство клуба предложило главному тренеру и руководителю секции Андрею Норнову уволиться. Для школы — слияние со школой ШВСМ равно уничтожению. Пока идут закулисные споры, корреспондент MR7.ru пообщался с участниками конфликта и попытался разобраться в том, как так получилось, что дети стали разменной монетой в борьбе за место у воды.

ya9.jpg

Фото: Георгий Марков

Эта история неразрывно связана с перипетиями, которые происходят с яхт-клубом. Детская школа является его структурным подразделением уже более 70 лет. В 90-е яхт-клуб вместе со школой передали Профсоюзам. Пока где-то на высшем уровне шла борьба за земельный участок, который находится в бессрочном пользовании Речного яхт-клуба Профсоюзов, тренеры и дети занимались спортом.

2020 год стал особенным — из-за карантина, сезон стартовал только в июле. Все истосковались по воде. Однако проблемы начались еще в июне — когда в яхт-клуб пришло предписание об освобождении гавани от плавсредств — к ним никто серьезно не отнесся.

16 июля в яхт-клуб нагрянула полиция и судебные приставы. Приставы с помощью болгарок и кранов отрезали сходни от бонов — плавучие понтоны, к которым швартуются яхты и катера. Через какое-то время яхтсмены построили новые — жизнь на Петровской косе продолжалась.

31 июля яхтсменам, базирующимся на Петровской косе, пришли сообщения о прекращении работы Речного яхт-клуба профсоюзов — это было распоряжением прокуратуры. Потом 3 августа рабочие срезали понтоны, ведущие к катерам и яхтам, а владельцев судов попросили искать другие места для швартовки. Это смешно, потому что в Петербурге огромный дефицит таких мест и сейчас яхты и катера, выгнанные с Петровской косы, ютятся на временных стоянках других клубов как селедки в бочке.

ya4.jpg

Фото: Георгий Марков

Причиной конфликта этого лета вокруг Петровской косы, стало неожиданно всплывшее решение арбитражного суда девятилетней давности. Тогда суд признал недействительным договор водопользования между яхт-клубом и комитетом по природопользованию, так как его заключили без проведения торгов. Исполнению решения суда вроде бы дали отсрочку. На том и забыли.

Как объясняют в Речном яхт-клубе, они считали, что имеют право стоять в акватории без договора водопользования и им действительно позволяли стоять много лет — руководство клуба как-то договаривалось с ШВСМ, которая выиграла проведенный позже конкурс на водопользование. В этом году что-то пошло не так, и недвусмысленно — с помощью болгарок — клубу показали на выход.

По закону — все верно: набережные вдоль берега принадлежат Смольному, профсоюзам — территория и здания в глубине суши. Но имеет ли город моральное право выселять обычных петербуржцев — яхтсменов и владельцев катеров с причалов в никуда, да еще в самый разгар сезона, когда уставшие от длительного карантина люди, наконец, поставили лодки на воду и почувствовали ветер в парусах. Про яхтсменов — отдельный разговор. Они в недоумении.

Сейчас мы говорим о детской школе, которой, судя по всему, яхт-клуб решил пожертвовать в угоду своим интересам. А их главный интерес — остаться в гавани.

Жертвы водораздела

Детская парусная школа ведет свою историю с 1946 года. Благодаря этой школе появились великие яхтсмены — победители олимпийских игр, но основная ее миссия — развитие массового парусного спорта. Многие выпускники школы не стали великими спортсменами, но приобрели хобби на всю жизнь и сейчас являются членами парусного союза.

ya5.jpg

Фото: Георгий Марков

Фактически сейчас это единственная школа в Петербурге, куда может прийти каждый ребенок, любого возраста и спортивной подготовки. Школа бесплатная, тренеры — одновременно и профессионалы, и энтузиасты своего дела, воспитавшие не одно поколение яхтсменов.

Ученики вырастают и приводят сюда своих детей. Такие династии для школы не редкость, а традиция. Здесь не требуют от учеников результатов, сдачи нормативов и зачетов — их задача привить детям любовь к морю, научить управлять парусом. Тренеры считают, что слияние со школой высшего спортивного мастерства погубит их идею, ведь там такие дети не нужны.

«Вот группа новичков, которые постигают азы — начали прошлым летом, мы думали в этом году они уже будут почти профи, но к сожалению наши обстоятельства не позволили им закрепить навык, поэтому что-то было потеряно, — рассказывает тренер секции Ирина Русакова. —  «Степочка чуть-чуть к этому берегу, там яхта идет — повнимательнее на парус смотри!».

Ирина Витальевна — любимый тренер, у нее звонкий голос, чтобы хорошо было слышно на воде ее команды, и очень доброжелательные интонации. Все ученики и родители отмечают — она никогда не повышает ни на кого голос, ее тренерский стиль — любовь к детям. И дети это ценят.

«Чем хороша наша секция — то что у нас нет жесткой привязки к стандарту. Мы можем себе позволить взять детей позже, чем берут в спортшколы, или раньше — если у него в 7 лет глаза горят! Вот Сонечка пришла к нам в 10 лет — в обычную школу ее могли бы не взять. А здесь у нее есть возможность попробовать, — Ирина Витальевна переключается на детей: «Ребятки не забываем — на полном курсе работаем под швертом. Егорушка не поджимай, поближе к шарниру», — «А где шарнир?» — кричит Егорка.

ya6.jpg

Фото: Георгий Марков

Тренировка длится пару часов, дети все мокрые, несмотря на не самую теплую погоду — это никого не смущает — вода и ветер — их стихия. С проходящих мимо катеров и яхт с интересом наблюдают праздные туристы. Вот к Ирине Витальевне подходят другие дети постарше — она дает им задание, они уплывают в залив. У них и скорости больше паруса выше: «Старшие у нас помогают младшим, учат их, — преемственность — это тоже одна из наших фишек».

Андрей Норнов, тренер Парусной школы, в прошлые выходные на благотворительной регате «Свет» потянул спину и вынужден был выйти на больничный. Для него это счастливое стечение обстоятельств, потому что на прошлой неделе руководство Яхт-клуба за его активную позицию, грозилось увольнением: «Руководство яхт-клуба хочет наладить отношения со Школой высшего спортивного мастерства, у которых договор на водопользование, и они придумали для этого замечательный ход — интегрировать нашу Парусную школу в ШВСМ. А мы этого не хотим: у нас самая старая школа в Санкт-Петербурге, она работает с 1946 года, это много поколений учеников и тренеров и то, что на данный момент у нас есть — это работа всех поколений, десятков тренеров, мы учились друг у друга, была преемственность.

А ШВСМ — это чисто спортивная олимпийская история. Они получают деньги за спортивные результаты. Я сам как выпускник подобного заведения знаю, что к 17 годам ты ненавидишь спорт, которым ты занимаешься. Я дал себе слово, что я никогда не буду своих учеников уродовать спортом.

Я буду стараться, чтобы это приносило пользу, здоровье, увлеченность, хобби, развитие. Мы должны понимать, что это будут единицы из сотен — те, кто обладают бешеным талантом. Я беру детей разных возрастов и физических возможностей и просто даю им возможность заниматься парусным спортом. У меня вся моя школа для и ради детей. А у них — ради спортивных достижений".

По данным Союза парусного спорта Санкт-Петербурга в городе всего пять детских парусных школ, из которых четыре — это школы, нацеленные только на спортивные достижения. Детская парусная — единственная школа, где от детей не требуют сдачи нормативов, а учат любить и понимать море.

«Давайте погибнем вместе?»

По словам Андрея Норнова, отношения с ШВСМ были испорчены руководством яхт-клуба, которое два года назад отключило им воду и электричество в ангаре: «Вопрос шел с точностью до наоборот, что мы поглощаем ШВСМ. Хотя это смешно — это структура спорткомитета. Они признали ангар, где находились ребята аварийным и непригодным для нахождения людей. Им отключили отопление, электричество. Они бедные на генераторе до сих пор. Это такой способ их выжить. В туалет, в душ они ходят к нам. Между тренерами наших школ войны не было никогда. Мы участвуем в одних соревнованиях, дети общаются, тренеры друг друга поддерживают. Мы все в одной локации».

Но уязвленное руководство спортшколы сделало ход конем — выиграло конкурс и заключило договоры водопользования на всю воду вокруг яхт-клуба: «То есть яхт-клуб остается без воды, — рассказывает предысторию Андрей Норнов. — Дирекция клуба подает на них в суд, суд признает, что все по закону. Суд проигрывается, апелляция проигрывается, есть решение суда — убрать с акватории все лодки. Братья Епишины (руководитель „СПБ Речной Яхт-Клуб Профсоюзов“ Вадим Епишин и его брат прим. ред) все это проигнорировали, оставили и причалы, и корабли. А дальше в дело вступила прокуратура».

Теперь, гавань пуста.

Дальше клуб понял, что надо договариваться и придумали выход — отдать в аренду Спортшколе (ШВСМ) ангар, в котором сейчас располагается детская парусная школа. Только вот что делать с детьми и тренерами? «У нашей школы и ангар хороший — тренеры и родители тут и ремонт сделали и отопление есть. И душ и тренерская, смотрите как хорошо! И начинается какой-то странный разговор о передаче нас ШВСМ. Родители спрашивают: а как будет происходить передача? Епишин отвечает: а мы уже заключили договор на 11 месяцев — на помещения и лодки. Родители спрашивают: а дети? — «А с ними все будет в порядке».

Взбудораженные родители настаивают на встрече с руководством яхт-клуба — встреча состоялась в прошлую пятницу. Они записали весь разговор с Вадимом Епишиным, директором яхт-клуба.

«Вы ищите логику — она отсутствует, — откровенничает директор. — В 2011 году было решение суда, оно было исполнено 19 апреля 2019 года. Тем не менее после исполнения решения суда в октябре был подан протест прокуратуры по поводу исполнения. Судебные приставы отменили исполнение и дело началось заново».

— Зачем вы нас отдаете? — спрашивают родители.

«Парусную секцию мы отдаем в школу высшего спортмастерства для гарантии ее сохранения, — Вадим Епишин отвечает загадками. —  Яхт-клуб находится в правовом поле — у нас все хорошо, но есть действия, находящиеся за рамками правового поля, в результате которых наше частное учреждение (яхт-клуб Профсоюзов) может быть ликвидировано с очень большой вероятностью».

Родители предлагают: «Давайте мы будем вместе с вами бороться, давайте погибнем вместе. Кто этот человек, который может закрыть клуб?».

«Мы не можем назвать этого человека, — отвечает Епишин. — Идет война за имущество профсоюза.

Хотите совместно побороться — возьмите юриста. ШВСМ принадлежит вся вода и набережные, кроме рабочей гавани. Понимаете, раньше пока это была акватория Большого морского порта «Санкт-Петербург» под управлением Александра Волкова на данной территории действовала ст. 47 ч. 2 водного кодекса, но в феврале правительство РФ приняло решение о разграничении акватории и выводе акватории из состава акватории Большого порта «Санкт-Петербург». На сегодняшний день данное положение еще не действует — до тех пор пока не будет распоряжения министерства транспорта о разграничении балансовой принадлежности акватории. Как только выйдет такое распоряжение и будет закреплено, что данная акватория выходит из состава акватории Большого порта «Санкт-Петербург», на данной территории будет действовать режим внутренних водных путей. Соответственно договор водопользования школы с управлением Невско-Ладожского водного бассейна будет здесь приоритетным и без разрешения ШВСМ на данной акватории не сможет находиться никто", — объяснил наконец Вадим Епишин причины произошедших изменений.

Родители резонно задали вопрос о том, почему просто не подписать со школой ШВСМ договор о совместном водопользовании — без передачи ей парусной секции, на что директор яхт-клуба ответил: «У нас нет торга. У нас с ШВСМ идет общая программа».

Часовой разговор между родителями и руководством яхт-клуба не приводит к консенсусу. Резюме беседы подводит один из родителей: «Вы убиваете любительский парусный спорт».

Вадим Епишин обращается к Андрею Норнову: «Андрей, твоя задача оставить все как было». (после передачи школы ШВСМ — прим ред.), на что Норнов отвечает: «Я тренер: у меня ни денег, ни связей, как у вас, я могу тренировать детей, я могу вытаскивать их из штормов в Геленжике, я могу умереть ради них, но воздействовать на госструктуру ШВСМ, на вас — я не могу».

Три поколения яхтсменов Смирновых

Кирилл Смирнов, капитан большой крейсерской яхты класса Л6, принадлежащей яхт-клубу Профсоюзов. Мореходству учился здесь — в парусной школе на Петровской косе. Его сюда привели родители — тоже яхтсмены. А теперь в школу ходят его дети — 9-летние близнецы Эрик и Ингвар.

«Я занимаюсь парусным спортом с детства, когда еще мальчишкой был, меня сюда привел папа. Папа сам яхтсмен и мама яхтсменка. Они там — в яхт-клубе и познакомились. Тогда у нас было много яхт-клубов. Мои родители были в 55-м яхт-клубе ВМФ. Он сначала базировался на Васильевском, а потом после продажи гавани переехал на Петровскую косу. Когда я подрос, папа сказал: «Ну давай сынок». Меня определили в спортшколу при Центральном яхт-клубе. Я середнячком был, особых результатов не показывал. Но никто и не требовал. Ты занимаешься, приобретаешь навыки, мировоззрение. В воде мы находимся в изолированной среде. И эти навыки позволяют принимать решение не только в море, но и в жизни.

С супругой тоже познакомился в яхт-клубе — она пришла на яхту, захотела заниматься. Так мы познакомились, потом появились дети — два мальчика близнецы, я брал их с собой на выходы. Когда они подросли — привел туда, куда меня когда-то привел отец".

ya10.jpg

Марина, мама 5-летнего Миши, встречает детей после тренировки горячим чаем с печеньем на втором этаже ангара, который родители и тренеры Парусной школы ремонтировали за свой счет: «Вот эти шкафы — это моя кухня. И телевизор, кстати тоже мой, — смеется она. — Мы сюда все тащим из дома. Потому что это наш второй дом». Первого сына, воспитанного этой же школой, Марина уже проводила в Эстонию, где он продолжает заниматься парусным спортом и учится. Второй — пятилетний Миша, уже рвется на занятия. Но пока ему разрешают только прокатиться на моторной лодке с тренером Ириной Витальевной.

В ангаре есть тренажерный зал — для занятий по ОФП, душевые, туалеты, тренерская и комнаты для переодевания. «У нас команда — это семья. Нет такого, что приходят ребята в определенные часы, в определенную группу, работают с одним тренером. Мы стараемся тренировать всех вместе, чтобы старшие учили маленьких, помогали, чтобы была преемственность. У меня ребенок может прийти в любое время сюда, если ему плохо, если возрастные проблемы. Всегда может спрятаться у меня от своих проблем — будет помогать, общаться с нами. Мы говорим: ребята мы для вас, школа для вас. Это место — не яхт-клуба не федерации профсоюзов, это место — ваше».

Андрей Норнов не скрывает, что общался с тренерами ШВСМ: «Они сказали:

«Если у тебя 40 человек, которые просто очень любят парусный спорт, но при этом они не увешаны медалями, как немецкие овчарки, нам эта история не интересна».

Андрей Норнов недоумевает, почему за их школу не заступается спорткомитет: «Мы что, не представляем для города никакой ценности? Эта школа была создана через два года после блокады — голодные люди без денег посчитали, что это нужно и нашли возможность заниматься парусным спортом, а в 2020 году ни войны, ни блокады, и школу уничтожают? Мы с детьми никому не нужны? Почему? Потому что я бесплатный? Потому что не приношу никакой прибыли? Потому что мои дети из обычных семей?». Многие выпускники школы сейчас капитанят на крейсерах, на больших моторных кораблях — то есть связывают жизнь с водой: «Моя задача: помочь детям полюбить парусный спорт и остаться в этом всём».

Сейчас у школы 25 лодок на 40 учеников.

Вадим Епишин, директор Речного яхт-клуба профсоюзов отказался что-либо комментировать, потому что: «Пока сложная ситуация».

Председатель Федерации Профсобзов Владимир Дербин на вопрос о том, что будет со школой, ответил: «Однозначно будем сохранять, просто совместно будем работать со школой высшего мастерства. Это же для детей престижно! Они будут и там, и там. На самом деле они никого не берут, просто для нас исключение делают».

Владимир Георгиевич говорит, что просто «так совпало, что мы будем им в аренду сдавать территорию и помещение под лодки», как раз то, где находятся лодки школы: «Просто они переезжают из аварийного здания в наше — мы им предоставили такую возможность. А они будут платить нам небольшую аренду, очень скромную. А мы, соответственно, будем пользоваться их услугами. А дети будут и там и там».

Корреспондент MR7 уточнила: «Их услугами, это имеется в виду водой?». — «Да, мы с ними должны заключить договор водопользования. А яхтсменов обязательно вернем. В противном случае это уже какой-то… губернатор в курсе событий и сейчас изучает тему. Скоро даст резюме».

Владимир Дербин также подтвердил MR7.ru информацию о том, что директору яхт-клуба Вадиму Епишину вменяют 293 статью Уголовного КРФ «халатность»: «Мне-то нет, а руководителю яхт-клуба Епишину — угу».

Мнение: «Это уничтожение школы».

Сергей Алексеев, президент Санкт-Петербургского Парусного союза.

«Речной яхт-клуб — старейший клуб города, в свое время его передали профсоюзу и профсоюзы в силу некомпетентности и непрофессионального управления просто напросто довели клуб до такой ситуации.

Здесь конечно надо было им договариваться с теми, кто владеет водой набережными. А руководство клуба по привычке заключало договора неправильно и пыталось получить прибыль из непричитающейся им собственности. Они не имели права брать деньги, довели все до судов и в результате этой борьбы потеряли все.

Вторая ошибка — они просто изгнали яхтсменов из клуба. Товарищ Дербин решил из клуба сделать коммерческую структуру: посадил туда директора, директор клуба, он же директор девелоперской компании «ЭкоХолдинг» (Вадим Епишин основатель и директор ООО ЭкоХолдинг), они пытались построить там апарт-отель. А яхтсмены против этого возражали. Город пошел им навстречу и не одобрил такое развитие. Там целый комок.

Что касается Парусной школы — очень жаль, что такое решение принимает руководство частного учреждения Речной яхт-клуб профсоюзов. Почему? Потому что не они создавали, как говорится — школа была создана в 1946 году. Ее направление в отличие от ШВСМ — не готовить спортсменов-олимпийцев, а массовый спорт. То есть они приглашают всех детей с улицы, из школ и дают возможность бесплатно безвозмездно походить на яхтах. У ШВСМ другие задачи и ШВСМ эти дети не нужны. Поэтому я считаю, что это полнейшее безобразие, что со школой, у которой такая история, решили так поступить. Фактически это уничтожение школы.

Что касается всего яхт-клуба. Я считаю, выгнать 2,5 тысячи яхтсменов, не дать им возможности заниматься парусным спортом, которому они посвятили всю жизнь это нечестно, в том числе и со стороны прокуратуры. Мое мнение: нужно думать о людях.

320 маломерных судов, которые раньше тут стояли, они сейчас не знают, куда идти.

Кто-то пошел на Крестовский остров — но там тоже непростая ситуация, там идет захват понтонов у Санкт-Петербургского парусного клуба. Единственная площадка — «Балтиец», но это частный клуб и там не поставишь 300 яхт. И это в Петербурге — в морском городе. Я не перестану напоминать — до 1991 года в городе было 30 с лишним клубов, сейчас — ни одного. Все это приведет к тому, что яхтсмены, которых итак немного уйдут в Финляндию.

В прошлом году у нас было 60−70 яхт, в Стокгольме — 29 тысяч.

Мы писали письмо губернатору — Александр Дмитриевич в курсе. Наша идея — провести встречу, принять какие-то решения. Мы собираемся обратиться в прокуратуру по поводу нарушения прав людей заниматься парусным спортом, поскольку 2,5 тысячи людей сейчас, в разгар сезона потеряли свои стоянки. Наши адвокаты будут этим заниматься. Это главный клуб в городе — лицо нашего морского города — его надо сохранить. Детскую школу обязательно сохранить, потому что она дала больше участников олимпийских игр, чем ШВСМ: Балашов, победитель олимпийских игр, Гореликов, Акименко, Константин Бойков и многие другие.

И одна из причин появления таких великих яхтсменов — была обеспечена массовость.

Ранее по теме


Следите за новостями в Петербурге, России и во всём мире в удобном для вас формате: Яндекс.Дзен, «Вконтакте», Facebook, Twitter, Одноклассники


Лента новостей