Коронавирус

COVID привёл Александру в Москву


версия для печати
Петербурженка устроилась санитаркой в московскую больницу для Covid-19, построенную за месяц. Александра Бруссер могла стать муниципальным депутатом в МО «Прометей», если бы, как она сама говорит, выборы были честными. Суды по отмене выборов идут до сих пор.
COVID привёл Александру в Москву

По специальности Александра биолог. У нее два высших образования. До карантина работала в институте СЗГМУ им. И. И. Мечникова. Как и многие петербуржцы, в апреле на время Александра осталась без работы.

m4.jpg

В конце марта в СМИ и на сайтах вакансий появилось объявление департамента здравоохранения Москвы о наборе врачей, медсестер и санитаров в новую «коронавирусную» больницу в поселении Воронцовское. Обещали большие белые зарплаты, проживание, питание.

Александра думала недолго — откликнулась, и ее пригласили в Москву:

«Пока эпидемия в стране, я решила поехать».

12 апреля Александра прибыла на новое место, а с 15-го приступила к работе. Хотя сама больница полностью открылась 20 апреля.

Справка: Московский клинический центр инфекционных болезней «Вороновское» (проектное название «Инфекционная больница в Вороновском поселении города Москвы») — автономный стационар инфекционного профиля вблизи деревни Голохвастово. Клиника рассчитана на 800 мест (с возможностью расширения до 900 коек и трансформации каждой койки под реанимационную в течение 24 часов). Половина — реанимационных. В данный момент в больнице 220 пациентов, все с COVID-19, с кислородной поддержкой — 146, на ИВЛ — 13.

Больницу построили за месяц в чистом поле — начали 12 марта. 17 апреля комплекс был открыт мэром Москвы Сергеем Собяниным. 20 апреля 2020 года больница приняла первых пациентов. Здесь Александра работает уже месяц и 11 дней.

m3.jpg

«Когда мы сюда приехали, здесь еще все строилось. Не было асфальта. И сейчас доделывают некоторые корпуса. Но больница уже вовсю работает. Она оснащена очень хорошо. Есть вертолетная площадка на три вертолета. Семь инфекционных отделений и пять реанимационных».

Александру взяли санитаркой, потому что у нее нет медицинского образования, но есть образование биолога.

m6.jpg

«Мы работаем как в чистой зоне, так и в грязной, следим за порядком, помогаем пациентам, ухаживаем за ними. Наши функции — навести порядок в туалетных комнатах, в палатах, лежачие больные — старики из пансионатов — тоже нуждаются в наших услугах. Мы их кормим, одеваем, переодеваем, потому что многие из них ходят под себя — делаем всю грязную работу. И все это в СИЗ. Недостатка в костюмах не наблюдается».

Старикам очень важно внимание — с каждым надо поговорить. Они одни и заперты как в клетке — на каждой палате электронный замок. Врачи и медсестры к ним заходят редко и помалу — только сделать процедуру. Больше всего времени с ними проводят санитары: «Пока мы там находимся, мы с ними разговариваем, выслушиваем, шутим, что-то обсуждаем и им это необходимо — особенно тем, кто по одному остается в палатах».

«Наше отделение — это длинный коридор с 20 палатами. В каждой — по три койки. У каждой койки — прикроватная тумба и на ней монитор, куда выводятся все показания больного.

Они стоят полтора миллиона и экономят врачам кучу сил и времени. К каждому пациенту подключено множество датчиков, которые снимают показания жизнедеятельности.

Например, сатурация — уровень кислорода в крови, частота сердечных сокращений, температура тела и так далее. Врач, просто проходя мимо палаты, может посмотреть в окошко и увидеть показания на мониторе. Меньше контактов с больными — меньше заболеваний среди врачей. А еще там супер-современная вентиляция, какой в России, наверное, нигде и нет, воздух с озоном — все обеззараживается.

Я, когда увидела это все, писала и губернатору нашему и в Заксобрание на имя Макарова, чтобы у нас в срочном порядке построили что-то подобное.

Мне ответил только Денис Четырбок, что что-то подобное строится в Петродворце.

Потом мне пришла отписка из Смольного и ответ Макарова, что он переправил мое письмо в комитет по здравоохранению и меня обещают проинформировать по результату.

Также я писала о том, что необходимо провести дополнительное обучение для среднего и младшего персонала по правилам безопасности. Потому что здесь очень все предусмотрено для того, чтобы оградить персонал от заражения. Хотя они все равно происходят".

Александра описывает переходы из грязной зоны в чистую: при выходе из грязной зоны, человек попадает в шлюз, где стоит сильная ультрафиолетовая лампа. Надо постоять под ней некоторое время. В следующем отсеке костюм обрабатывается каким-то составом для дезинфекции. Потом ты все снимаешь в определенной последовательности и утилизируешь в специальный мусорный бак. Потом моешься в душевой комнате. На столиках в душе есть все: гель для душа, шампунь, кондиционер для волос, зубная щетка, паста и полотенце. Далее выходишь в другое помещение — в чистую зону, где уже надеваешь чистую одежду.

Александра рассказывает, что по приезду их сначала поселили в гостинице, так как больницу еще достраивали. Врачей селили в «Redisson SAS Славянская» и «Метрополь». Ее поселили в «Holiday Inn». Первые дни, пока в больнице подключали отопление, они мотались из Москвы в больницу на такси — такси оплачивал Департамент здравоохранения Москвы.

Потом переехали в общежитие — при больнице. В комнате — по два человека. У врачей — одноместные номера.

«Там есть все необходимое. И это круто, потому что люди обеспечены всем — трехразовым питанием. Кормят вкусно. Мы едим в столовой, плюс у нас есть микроволновка на этаже и в каждой комнате холодильник, фен, телевизор. Правда, антенны нет, но мы подключаем Интернет и смотрим все через Интернет. Wi-Fi тоже есть. Условия проживания отличные. Депздрав сделал все возможное, чтобы люди могли жить и работать комфортно».

По словам Александры, здесь работают специалисты из самых разных уголков страны: Сибирь, Урал, Северо-Запад, Камчатка, Бурятия, Дагестан, Чечня, Крым, центральные регионы.

Александра испытывает от своей работы чувство удовлетворения. Главным образом, глядя на выздоравливающих пациентов. «Из нашего отделения многие попадали в реанимацию, но потом возвращались к нам. В книге жалоб и предложений есть пока две записи — люди писали на эмоциях. Один был безумно счастлив от того, как ему полегчало — он как раз попал в реанимацию, а потом снова к нам. Многие пациенты звонят пишут до сих пор. И не только врачам за то, что им жизнь спасли, но и нам, санитарам, за то, что мы их морально поддерживаем».

Однако несмотря на все меры предосторожности, шлюзы и наличие СИЗов, и здесь не удалось избежать заражения медиков Covid-19. Александра сдавала тест два раза — первый при поступлении на работу, а второй — недавно после распоряжения мэра Москвы Собянина о тестировании всех на антитела. У Александры тест показал, что она болеет. Она и сама это почувствовала уже неделю назад — стало трудно дышать.

«Тут невозможно не заболеть. Не все сотрудники ходили в масках и перчатках, как положено, — питаемся мы в одной столовой. У кого-то результаты теста были получены позже… и пошло заражение одних от других. У нас из 30 человек в отделении, не заболели человека 3−4. Практически нет никого, кто не болел».

При этом врачи и медперсонал продолжают работать: «Потому что, если я уйду на карантин — работать будет некому».

Многие доктора и медсестры возвращаются в свои регионы, санитары увольняются по разным причинам. В некоторых отделениях ощущается их нехватка.

По словам Александры, болезнь пока протекает более-менее легко: ей сложно дышать уже неделю — в респираторе еще тяжелее. Температура самая неприятная — 37- 37,5: «Я с самого начала, как сюда приехала, колю себе циклоферон. Он способствует выработке интерферона — а он борется со всякой бякой — поднимают иммунитет. Надеюсь, что я быстро приду в себя. Надеюсь не загреметь на соседнюю кровать со своими пациентами».

Следите за новостями в Петербурге, России и во всём мире в удобном для вас формате: Яндекс.Дзен, «Вконтакте», Facebook, Twitter, Одноклассники



Ранее по теме

Лента новостей