"Мой бизнес"

Как кукольное производство переживает кризис и карантин


версия для печати
В XXI веке производство в Санкт-Петербурга представлено самыми разными отраслями: от высокотехнологичных до традиционных. Кукольный промысел сохраняет для поколений старинные традиции петербургского ремесла. С развитием внутреннего и въездного туризма в России народно-художественные промыслы получили второе рождение.
Как кукольное производство переживает кризис и карантин

Но весной 2020 года коронавирус внес свои коррективы в развитие отрасли. О том, как петербургские ремесленники преодолевают последствия карантина и отсутствие туристов в городе и стране, рассказывает заместитель директора кукольного производства ООО «НХП «Потешный промысел» и Петербургского музея кукол Екатерина Васильева.

— Насколько современный «Потешный промысел» является продолжателем традиций изготовления декоративной игрушки?

— История нашего семейного предприятия началась в 1991 году. При этом традиции кукольного производства в Санкт-Петербурге известны уже более двухсот лет. Куклы до массового производства делались кустарно и были отражением народного духа и традиций тех местностей, в которых они изготовлены. В России множество неповторимых региональных школ и мастеров, и петербургская школа — особенная в их ряду. Я бы сказала, что на наших куклах во многом отразились связи Петербурга с Европой.

2.jpg

Основа изделий — фарфор, который появился в Петербурге с открытием Императорского фарфорового завода в XVIII веке. Этот материал не типичен для русского народного игрушечного искусства. Русская игрушка ассоциируется с глиной, тканями, деревом, но фарфор — это петербургская особенность. В петербургских куклах соединились русские и финно-угорские народные традиции, а также европейское влияние. Кроме того, в Петербурге очень сильны традиции академического художественного образования, поэтому в создании кукол участвуют прекрасные мастера, скульпторы и художники. И у нас не только производство, но и музей: в 1998 году мы открыли при своей мастерской «Петербургский музей кукол», который неизменно пользуется вниманием петербуржцев и гостей города.

— Кому интересны ваши куклы? Детям в качестве игрушек или кукольным театрам?

— Наша аудитория разнообразна. Но семьи с детьми не являются основными покупателями. Исторически сложилось так, что кукол нашего производства закупают сувенирные магазины из разных уголков России. В первую очередь продукция рассчитана на туристов как память о том месте, в котором побывали люди. Поэтому в модельном ряду, который за эти годы стал насчитывать более 2500 моделей, — представители народов России и мира. Это, например, куклы-казаки для Ростова-на-Дону, куклы в татарских костюмах для Казани, калмыки, удмурты, даже арабские куклы и многие другие. И у нас заказывают кукол в этнографических, фольклорных костюмах различные диаспоры, детские образовательные учреждения для воспитания у детей национальной толерантности.

1259.jpg

Корпоративные клиенты, рестораны или антикварные салоны приобретают кукол для украшения интерьеров и витрин. Конечно, покупают наши куклы и для детских игр, а кто-то — в коллекцию. Особой популярностью у коллекционеров пользуются экземпляры в исторических и военных костюмах.

А вот театры нашими заказчиками не являются. Изготовление реквизита для них — это своя отдельная школа, специальное направление, которым занимаются профессиональные художники театра кукол, их готовит Петербургская театральная академия (нынешнее название РГИСИ).

— Кто занимается изготовлением кукол у вас в «Потешном промысле»? Нужно ли для этого специальное образование?

— Человек с «золотыми» руками может научиться делать кукол, если придет к нам. Но если нет художественного образования, то нужен наставник, ведь изготовление кукол не ограничивается работой по шаблонам. Наши художники с высшим образованием курируют работу мастеров: подбирают материалы (ткани и тесьму, фурнитуру), создают новые модели. Каждая кукла регистрируется в инвентарной книге, приобретает номер и паспорт, к которому прикрепляется технологическая карта и лекала. Мастеров у нас около 50, а художников — 4, не считая расписчиков и керамистов. На производстве есть отдельная керамическая мастерская, в которой отливаются из фарфора и обжигаются головы (торсы), руки и ноги. Есть участок росписи, где вручную расписываются фарфоровые заготовки. Мастерам в итоге выдается готовый набор — нитки, клей, картон, расписанные головы, руки и ноги, крой. Все это нужно качественно собрать.

— Довольно мощное производство. Но что все-таки главное в работе над куклой — рука мастера или потоковое производство?

— Безусловно, мастер. Куклы изготавливаются небольшими партиями, обычно по 10 экземпляров, и каждая несет в себе индивидуальные черты человека, который ее сделал. Срок изготовления одной серии — примерно месяц. Народный художественный промысел не может быть автоматизирован и поставлен на поток. Это ручная работа.

— Как сказался на производстве режим самоизоляции, связанный с пандемией?

— Мы стараемся не останавливать производство, чтобы не потерять мастеров, которые работают с нами годами, некоторые более 20 лет. Этой работе нельзя научиться быстро, и мы высоко ценим наших сотрудников. Они в основном пенсионеры и ответственно отнеслись к ограничениям, сейчас работают на дому. В «Потешном промысле» часто работают родители в декрете. Молодежь у нас тоже — экскурсоводы в музее. К счастью, мы запаслись материалами накануне введения ограничений.

— Продаются ли сейчас куклы?

— С этим сейчас сложно. Кризис указал на наши слабые места. Прошедшие годы мы ориентировались на туристический рынок и сотрудничали, как правило, с оптовыми заказчиками — сувенирными магазинами. Сейчас туристов практически нет. Замерли и продажи, весь апрель мы работали «на склад». Более того, закрыт и наш музей, который всегда являлся поддержкой производству. Сейчас в некоторых регионах отменяют ограничительные меры, поступают запросы на поставку, но пока это единичные случаи.

Ситуация показала, что мы слабы в рознице. Надо, пожалуй, активнее развивать продажи через интернет, через свой сайт, социальные сети. Обратили внимание на маркетплейсы, интернет-площадки — такие, как OZON и Яндекс.Маркет. У них достаточно строгие и сложные правила размещения, есть свои критерии и нюансы. В общем, пытаемся во всем этом разобраться и активнее адаптировать народные промыслы к стандартам интернет-торговли. Существенным подспорьем для ремесленной отрасли могли бы стать систематические государственные заказы.

— Какие меры поддержки бизнеса федерального и регионального уровней вам помогли?

— Меры, которые обозначены для всех, — отсрочки по налогам и уменьшение страховых взносов — нас коснулись, но пока они не играют решающей роли. Надеемся получить помощь от государства в возмещении расходов на зарплаты. К счастью, наше предприятие входит в федеральный перечень предприятий народных художественных промыслов Минпромторга России (ОКВЭД 32.99.8 «Производство изделий народных художественных промыслов» внесен в перечень пострадавших отраслей экономики).

Мы активно общаемся с сотрудниками министерства и надеемся, что эту помощь по зарплатам получим. Надо сказать, что диалог с органами власти ведем почти круглосуточно, нам стараются помочь, всегда на связи, мы очень благодарны людям. Кроме того, министерство субсидирует многие затраты «Потешного промысла». Например, расходы на электроэнергию для работы наших керамических печей.

— Насколько помогут отсрочки стабилизировать финансовое состояние?

— Налоги — это существенная статья наших расходов. Мы надеемся, что в дальнейшем сможем с помощью отложенного спроса эту проблему решить. Но, к сожалению, налогами все не исчерпывается. Например, поставщик тепла пока не идет навстречу и выставляет большие счета без всяких послаблений на режим самоизоляции. Надеюсь, город или федеральные власти как-то смогут повлиять на предприятие-монополиста. Проблема еще и в том, что нас не подключают к счетчику, мы обязаны платить по полному тарифу, и, несмотря на теплую зиму, батареи работают на максимальной температуре. Счетчик помог бы нам регулировать потребление тепла и соответственно снижать затраты на тепловую энергию.

— Вы рассказали о федеральных мерах поддержки. Как обстоят дела на региональном уровне, здесь, в Петербурге?

— Нам и другим ремесленникам оказывают поддержку Фонд развития субъектов малого и среднего предпринимательства в Санкт-Петербурге, а также центр поддержки МСП «Мой бизнес». Центр «Мой бизнес» помогает консультациями по различным вопросам, в том числе правовым, регулярно проводит образовательные мероприятия, в которых мы участвуем. Например, мы обучались на семинарах по маркетингу в ремесленной сфере и экспорту, просматривали видеозаписи конференций по выходу на маркетплейсы и Интернет-магазины, о которых я уже говорила. Очень хорошо, когда имеется возможность просмотра лекций и консультаций, материалов занятий после их проведения, и, главное — актуальность тем обучения в Центре по наиболее современным направлениям, которые в рутине могут пройти мимо внимания предпринимателя.

Кроме того, мы несколько раз принимали участие в проекте «Биржа корпоративных подарков» городского Центра развития и поддержки предпринимательства. Этот проект знакомит крупные компании Петербурга с продукцией местных ремесленников, помогает нам найти заказчиков корпоративных подарков и сувениров.

— Какие еще есть направления сотрудничества с организациями помощи предпринимателям?

— Фонд развития субъектов МСП и Центр «Мой бизнес» выступают «посольством» предпринимателей в органах власти. Вместе нам удается проводить полезные для ремесленников инициативы. Я сейчас говорю не только о кукольном производстве, но и о множестве народно-художественных промыслов Петербурга. Так, все предприниматели и организации, которые их поддерживают, всегда выступали за более активную ярмарочную политику города. Как в плане организации выставок в Петербурге, так и в вопросах поддержки выезда предпринимателей на ярмарки в другие регионы и страны.

Полезной для нашей отрасли стала выставка народных художественных промыслов «Невский ларец». Первая состоялась весной 2018 года в «Ленэкспо». Тогда петербургским ремесленникам город выделил полноценные стенды с витринами, в этом году тоже предоставлялись бесплатные места. Мы считаем, этот перспективный проект необходимо развивать и дальше, привлекать больше ремесленных предприятий из других регионов страны. Возможно, имеет смысл переместить выставочное пространство в центр Петербурга. Ведь участники стремятся не только показать себя, но и продать свои изделия. Надеемся, что центр «Мой бизнес» будет оказывать выставке «Невский ларец» и медийную поддержку, продвигать ее в социальных сетях, чтобы о проекте узнавало как можно большее число людей.

Радостным событием прошлого года стала рождественская ярмарка, которую, наконец, перевели с задворок ТЮЗа на Малую Садовую! Это сразу привлекло множество гостей — и горожан, и туристов, создало радостную и сказочную атмосферу, в социальных сетях люди активно выкладывали фотографии с праздника. Не хватало только уличного катка.

— Выставочная и ярмарочная деятельность все-таки имеют особое значение для народных промыслов?

— Очень большое. Выставки и ярмарки — это вообще естественный, традиционный способ демонстрации и продажи изделий народных художественных промыслов. И тут важна поддержка государства, правительства города, поскольку далеко не все предприятия отрасли имеют возможность оплачивать аренду выставочных площадей, домиков на улице или «островков» в торговых центрах, а тем более за пределами Петербурга. Мы очень надеемся в этом вопросе на помощь центра «Мой бизнес». Может быть, Центр предложит правительству Санкт-Петербурга примеры системных решений, которые реализуются в Москве.

Если бы Петербург устраивал новогодние гуляния на Дворцовой площади, как в Москве на Красной площади, то поместились бы и катки, и ярмарки, и уличный театр, а главное, такой праздник стал бы столь же заметным городским событием, как «Алые паруса». Торговые места на подобных ярмарках местным производителям, конечно, должны предоставляться бесплатно, при согласовании ассортимента продукции и ее стоимости. Так, повторюсь, это делается в Москве через ГБУ «Московские ярмарки».

Могу добавить, что информация о планируемых ярмарках должна быть открытой. Мало оповестить какую-либо Ассоциацию или выделить ей деньги (как это делает Комитет по культуре), нужно и с самими ремесленниками выходить на прямой контакт и самое главное — контролировать реализацию проекта. Чтобы меры поддержки доходили до всех ремесленников. И здесь стоит обратить внимание на опыт Ленинградской и Нижегородской областей, а также систему поддержки ремесленничества в Татарстане и Башкирии.

— Какие меры поддержки ремесленничества, по вашему мнению, являются наиболее перспективными? Насколько велики возможности Фонда развития субъектов МСП в поддержке ярмарочной деятельности за пределами региона?

— Мы бы очень хотели, чтобы Фонд развития субъектов МСП в Санкт-Петербурге и Центр «Мой бизнес» помогали ремесленникам участвовать в ярмарках за пределами региона. Выездные мероприятия помогают находить новых заказчиков, плюс — это общение, изучение спроса и предложений. Необходимо развивать это направление поддержки, выводить его на более качественный уровень, обмениваться опытом с другими регионами, вывозить петербургские предприятия в Москву на такие известные выставки, как «Ладья» и «Подарки».

Можно рассмотреть и международное сотрудничество. Так, в 2019 году Минпромторг России вывез наших кукол на рождественскую ярмарку в Дрезден, и они там имели большой успех. Думаю, в проведении ярмарок Петербургу нужно брать пример с Москвы. В Ленинградской области очень хорошо налажено взаимодействие между органами государственной власти, общественными организациями и ремесленниками. Все стороны легко общаются друг с другом через социальные сети, это помогает выстраивать доверительный диалог, сводит к минимуму недопонимания. В Ленинградской области создан реестр производителей сувениров, регулярно проводятся художественно-экспертные советы. Петербург тоже постепенно налаживает эту работу, мы это видим и очень благодарны всем, кто нас слышит, руководителям Фонда и центра «Мой бизнес».

— Как вы считаете, найдет ли свое отражение пандемия коронавируса в искусстве народных художественных промыслов Петербурга?

— Предприятия рискуют потерять мастеров. А кто такие мастера народных художественных промыслов? Это хранители технологии, культурного наследия нашей страны, нашего города. Нет мастеров — нет промысла. Культура Петербурга — это не только высокое искусство, сценическое, изобразительное или литературное, музеи федерального значения. Но это также народное искусство, ремесленная деятельность, и она самобытна и очень разнообразна.

Предприятиям нужно сейчас думать о расширении ассортимента, поиске новых направлений работы. Хорошо, конечно, иметь параллельный бизнес в другой сфере, способный «вытащить» производство из кризиса. У нас, как и у большинства ремесленников, такого запасного варианта, к сожалению, нет. Мастера отрасли зачастую работают на голом энтузиазме, движимые вдохновением, они сконцентрированы на творчестве, им некогда заниматься маркетингом, да и не умеют они это делать. Поэтому отрасль народных художественных промыслов так хрупка и нуждается в государственной поддержке и регулировании, выработке системы сохранения и развития традиций народного искусства. Особенно эта помощь нужна предприятиям сейчас — в период туристического спада.

Ранее по теме


Следите за новостями в Петербурге, России и во всём мире в удобном для вас формате: Яндекс.Дзен, «Вконтакте», Facebook, Twitter, Одноклассники


Лента новостей