Неделю «держали» и не отпускали, обвинили в «предательстве Родины» и заставили взять кредиты — а потом поджечь отдел полиции: в 1-м Западном окружном военном суде продолжают разбираться в деле петербурженки, обвиняемой в терроризме. Уже почти восемь месяцев муж навещает её в СИЗО, успокаивает дочь и старается сберечь семью. При нём подсудимая улыбается.
«Говорила, что вели по мобильному»
Анна — хрупкая длинноволосая брюнетка. На скамье подсудимых в 1-м Западном окружном военном суде она сидит, сжав руки и опустив голову. Говорит, только отвечая на вопросы суда.
Её обвиняют в том, что вечером 23 мая она бросила три бутылки с горючей смесью (последнюю подожгла) в окно актового зала отдела полиции № 37 Василеостровского района на улице Кораблестроителей. Помещение выгорело, жертв не было.
Действия Анны квалифицировали как теракт и обвинили её по части 2 статьи 205 УК РФ. Она находится в СИЗО с 25 мая 2025 года.
Лично в суд на заседание 14 января из свидетелей приехал только оперативник ФСБ, занимавшийся делом петербурженки. С его показаний и начали. Он рассказал, что прибыл на место пожара, узнав о нём из оперативных сообщений, что допрашивал сотрудницу магазина, где Анна покупала бутылки с водой, и что просматривал видео с места происшествия.
— В каком состоянии находилась Осипова — по видео? — просила уточнить адвокат Марианна Михайлова.
— Я вряд ли могу определить состояние человека по видео, — развёл руками оперативник.
— Вы общались с ней? — не сдавалась адвокат и, получив утвердительный ответ, продолжила, — В каком состоянии она находилась во время беседы?
— Разговаривала, как разговаривают обычные люди, — ответил свидетель, а немного позднее, отвечая на вопросы судьи Алексея Ольмезова, сообщил: — При предварительном опросе она говорила, что её «вели» по мобильному” и давали задание, что её уже длительное время контролируют.
Оперативник также рассказал, что когда силовики спустя несколько часов вычислили Анну и пришли её задерживать как подозреваемую, она была уже в пижаме, мобильные телефоны и одежду, в которой ездила к 37-му отделу полиции, добровольно отдала.
Нервничавшая покупательница
Кроме того, свидетель отметил, что, судя по видео, Анна к 37-му отделу полиции пришла пешком, а уехала на такси. Водителя нашли и допросили — его показания сегодня зачитали. Но ясности они не внесли: таксист, по его словам, с Анной общался только о дороге и маршруте (она показывала, как лучше проехать), запаха гари не почувствовал, ничего подозрительного не заметил.
Подозрительное заметили другие свидетели (их показания тоже просто прочли) — сотрудница заправки «Роснефть», где Анна покупала бензин и моторное масло, и продавщица магазина, в котором Анна приобрела воду. Обе отметили нервозность покупательницы.
«Я заметила, что её что-то тревожит. Это было видно по ее обеспокоенному взгляду. Но она ничего не говорила», — говорила при допросе в ходе предварительного следствия работница заправки.
«Мне показалось, что она была чем-то напугана, но она ничего не говорила, не рассказывала», — сообщала следователю и продавщица продуктового магазина.
Нервозность Анны отметил в оглашённых сегодня показаниях и ещё один сотрудник «Роснефти», помогавший Анне заправить канистру. По его словам, у Анны был испуганный взгляд и она не производила впечатление человека, имеющего отношение к автомобилям, в том числе потому, что пользоваться заправкой не умела.
Исследовали и письменные доказательства по делу. В том числе протокол осмотра места происшествия, подтверждающий пожар. И переписку подсудимой в Whatsapp* с неким «Андреем». По сообщениям, зачитанным прокурором в суде, видно, что «Андрей» Анну подробно инструктирует — куда идти, что купить, как смешать… Петербурженка, это заметно по тону сообщений, волнуется. Она сообщает «Андрею», что убежала из дома, что идёт к друзьям, что нашла деньги, что выходит от друзей, отчитывается, что до полицейского отдела ей осталось идти шесть минут…
Судебно-психиатрическая экспертиза (её также огласили), признала Анну вменяемой.
Также, зачитывая письменные доказательства, прокурор сообщила:
— Установлено, что звонки на Whatsapp* Осиповой совершались с территории Украины и других недружественных государств.
Доказать, что не предатель
На это заседание пришёл также супруг Анны Алексей — накануне он давал показания и рассказал, что его жену, по её словам, действительно «вели» почти неделю. По словам Осипова, 16 мая 2025 года Анне позвонили якобы с почты с предложением «отследить письмо от государственной организации», предложили установить специальное приложение, вход в которое — будто через «Госуслуги». Потом ей пришло письмо по электронной почте. Он его пересказал: дескать, в ваш аккаунт на «Госуслугах» зафиксировали вход из Киева, если это не вы — позвоните. В письме был указан номер, который перепуганная Анна тут же и набрала. Ей ответил человек, представившийся сотрудником «Госуслуг», подтвердил факт взлома. Сразу после с петербурженкой связался некто, назвавшийся полковником ФСБ и уведомил женщину, что на неё якобы был взят кредит, а деньги будто бы перевели «в помощь ВСУ». «Полковник» назвал Анну предательницей и сказал, что для искупления и чтобы доказать свою благонадёжность, нужно такую же сумму перевести на «специальный счёт Финмониторинга». Анна начала брать кредиты.
Скриншот письма, полученного Анной. Предоставлен её мужем.
Алексей, конечно, всю эту неделю подмечал, что с женой что-то не так, но она успокаивала его, говоря, что просто на работе завал.
Анна была делопроизводителем в Петровском колледже, её муж — сотрудник судостроительного завода. График работы супругов, как Алексей рассказал MR7, не позволял им помногу проводить время вместе — жена приходила домой примерно в 19 часов, а муж, встающий в 4 часа утра на работу, в 20 часов уже ложился спать. Анна же вела дом, занималась восьмилетней дочерью — и, очевидно, отчаянно искала деньги, чтобы доказать, что она не предатель.
Вечером 23 мая супруги поссорились. Анна просила у мужа денег — 280 тысяч рублей (или хотя бы 200 тысяч), не говоря, зачем они ей, только сообщая, что якобы кому-то взаймы. Когда Алексей заговорил о расписке, предложила написать её сама. Муж отказал, и петербурженка убежала из дома, догнать её Осипов не смог и позвонил в 112, поскольку Анна вела себя явно странно. Кроме того, Алексей обзвонил друзей жены и попросил их не давать ей деньги в долг. Однако, судя по всему, финансы женщина всё же нашла. Вернулась домой Анна ближе к часу ночи, спокойная, сообщила мужу, что всё хорошо и что утром придёт участковый, который всё расскажет. Но утром пришёл не участковый, а оперативники. Анну задержали.
Дочь узнала в школе
Алексей старше жены на 16 лет. Они познакомились примерно 12 лет назад. Анна тогда работала барменом в кафе, а Осипов часто приходил туда на обед, поскольку работал рядом. Молодая, красивая, искренняя и прямая девушка привлекла внимание мужчины. Спустя год пара поженилась, ещё через несколько лет родилась дочь.
— Когда Анну задержали, мы сначала говорили дочке, что мама в командировке. А потом ей сказали о случившемся в школе, одноклассники, — рассказал MR7 Алексей Осипов. — Конечно, сначала она была травмирована.
По словам Алексея, сейчас его жене разрешили звонки и она периодически звонит дочери. Вообще, в числе других страхов Анны, по словам её мужа, — оставить девочку без матери. Она и сама выросла почти сиротой. Её мать умерла в 1990-е, оставив детей (у Анны есть младший брат) на попечение отца. И с долгами. Жить было тяжело. Анна, как говорит Алексей, очень боится, что ситуация повторится.
Мужу подсудимой сейчас тоже непросто. Он, по его словам, старается совмещать воспитание дочери (ещё проходящей реабилитацию после травмы позвоночника) с работой и уходом за своей пожилой матерью. А ещё старается поддерживать жену и возить ей передачи в СИЗО — это занимает не по одному часу и даже дню. По словам Алексея, очереди и желающих принести передачу в СИЗО огромные и чтобы попасть в начало, ему необходимо занимать очередь примерно в 4 часа утра. Или в 17 вечера — с расчётом на то, что передачу, возможно, удастся отнести к вечеру следующего дня.
*принадлежит корпорации Meta, признанной экстремистской организацией, деятельность которой запрещена на территории РФ
