Город

Болдовский: Город тратит деньги на безграмотные плакаты о блокаде


версия для печати
Научный сотрудник Петербургского института истории РАН Александр Болдовский в интервью порталу MR7.ru рассказал о работе над книгой «Блокада в решениях руководящих партийных органов Ленинграда. 1941−1944гг. Часть I», где читатель сможет прочитать рассекреченные партийные документы — от заседаний горкома до тем, которые поднимались в самое смертное время — зимой 1941−1942 годов.
Болдовский: Город тратит деньги на безграмотные плакаты о блокаде Фото: Санкт-Петербургский институт истории РАН

Впервые изданы недавно рассекреченные партийные документы — заседания горкома и обкома ВКП (б) в блокадном Ленинграде, стенограммы, где мы можем прочесть, что сказал тот или иной руководитель города, что они обсуждали в самое смертное время — зимой 1941−1942 годов.

Объемный том скоро будет абсолютно доступен — его выложат в Интернет, снабдят указателями для удобства работы. Впереди — появление в печати других частей этого объемного труда, вплоть до периода января 1944 года, когда была снята блокада Ленинграда.

Кирилл Болдовский, научный сотрудник Петербургского института истории РАН, кандидат исторических наук, ответственный составитель книги «Блокада в решениях руководящих партийных органов Ленинграда. 1941−1944гг. Часть I», ответил на вопросы корреспондента MR7.ru.

— Кирилл Александрович, насколько руководство города справилось с задачей его сохранения?

— Что по-вашему «сохранение города»?

— Сохранение жизней людей.

— Так вы, наверное, знаете из данных — более 1 млн ленинградцев погибло, умерло от голода. Поэтому говорить о сохранении жизни, на мой взгляд, уже… Эти данные говорят о том, что этого не было. Вы понимаете, что когда военные действия по защите города и обороне по жертвам меньше, чем количество погибших от голода — ну тут такой вопрос сложный. Это очевидно в данном случае.

— Как вы планируете работу над изданием дальше?

— Второй том — документы до прорыва блокады в январе 1943 года, третий — собственно 1943-й и до снятия блокады в январе 1944 года. Но объем документов гигантский, поэтому не исключено, что будет и четвертый том.

Ведь необходимо сделать биографический указатель — есть колоссальное количество имен, которые ныне никому неизвестны, необходим указатель предприятий, многие заводы работали под номерами, все это требует пояснения.

— Это работа на многие годы?

— Если хорошо работать можно и за два-три года закончить.

— Среди молодых ученых падает интерес к исследованиям о блокаде, с чем вы это связываете?

— На мой взгляд, это происходит потому, что реальное изучение, как принято в исторической науке -изучение на основании разных исторических источников, подменяется часто некими ни на чем неоснованными концепциями.

И еще очень много появилось в последнее время людей, которые называют себя историками, которые предпочитают писать беллетризованные сочинения с целью привлечения внимания, причем не имеет значения, в какую сторону. Эти сочинения не имеют никакого отношения к тому, что происходило на самом деле. Мифов о блокаде великое множество.

— И вы думаете, именно это отвращает от серьезного изучения?

— Во многом да. А что касается тех профессиональных историков, кто уже погружен в эту тему, то тут все гораздо проще: для того чтобы изучать какую-то тему историку, кроме чувства долга, которое присутствует и у наших молодых аспирантов, нужно чтобы кто-то еще и оплачивал, обеспечивал эту работу.

У нас тратятся гигантские деньги на изготовление безграмотных плакатов по различным поводам, которые по улицам вывешивают, а потратить деньги, причем совсем небольшие, чтобы издать документы, почему-то это крайне сложно.

— В связи с этим как вы оцениваете заморозку создания нового музейно-выставочного комплекса «Оборона и блокада Ленинграда», где предполагалось и создание научного центра?

— История блокады изучаться будет, даже если не то что денег за это перестанут платить, но начнут за это деньги брать, да и берут в архивах за копирование. Но для города нужен научный центр, институт, занимающийся историей Ленинграда XX века, не только блокады — это абсолютно однозначно, без такого центра изучение значительно замедлится, останется делом энтузиастов.

Ну, а что касается решения по поводу того музея или другого музея, то я контактирую и с одним, и с другим. И, на мой взгляд, независимо от экономических решений, чем таких музеев будет больше, тем лучше. А что касается документов о блокаде, то они должны быть открыты все. Но ведь дело даже не в рассекречивании — гигантский массив документов рассекречен, с ними просто никто не работает.

блокада.jpg

Следите за новостями в Петербурге, России и во всём мире в удобном для вас формате: Яндекс.Дзен, «Вконтакте», Facebook, Twitter, Одноклассники



Ранее по теме




Лента новостей