Город

Битва на Полтавской

11 января 2019 18:47 Анастасия Гавриэлова
версия для печати
Жителей дома на Полтавской, 10, не согласных с чиновничьей оценкой их квартир, выбросили из дома накануне Нового 2019 года. Жить в маневренном фонде предоставленном администрацией Центрального района не возможно. Чиновники говорят, что выгоняя людей пекутся об их безопасности.
Битва на Полтавской Фото: Анастасия Гавриэлова

Андрей Русанов с тремя детьми Анной, Владимиром и Петром, которых он воспитывает один, накануне Нового года неожиданно остался без 100-метровой квартиры в центре Петербурга на Полтавской, 10. Всех четверых в ночь на 30 декабря выселили в маневренный фонд — вырезали болгаркой входную дверь, впустили в квартиру разнорабочих и грузчиков, которые кидали вещи в мусорные мешки и выносили их в заранее пригнанные «Газели». Семья после переезда недосчиталась стиральной машины, дети ищут свои цепочки, а отец семейства собирает разбитую мебель саморезами.

Срочное выселение происходило по решению суда, прошедшего накануне, но о нем жителям дома почему-то заранее не сообщили. 28 декабря 2018 года суд поверил доводам экспертов от администрации Центрального района, заявившим, что дом может рухнуть в любой момент, и постановил выселить оставшихся в аварийном доме людей в маневренное жилье «в срочном порядке».

Срочный порядок — это на следующий день. По данным администрации Центрального района выселению подверглись еще пять семей, проживавших в аварийном доме. Все они ранее отказались от предложенных вариантов другого жилья и судились с властями по поводу стоимости своих квартир. Город предлагал выкупить их квартиры по цене 95−100 тысяч рублей за квадратный метр. Жильцы дома просили оценить недвижимое имущество исходя из его рыночной стоимости. Дом № 10 по Полтавской улице находится в самом конце у Гончарной улицы и в пяти минутах ходьбы от Московского вокзала — лакомый кусок для любого инвестора.

Два года «вот-вот упадет»

По словам жителей, дом был признан аварийным официально два года назад, но они считают, что «Если дом не трогать, он простоит еще лет 20, а зданий с такими же трещинами в центре Петербурга — каждое второе». Люди думают, что дом просто кому-то «понравился». По другой версии, их дом как раз находится на пути соединения Гончарной улицы с Тележной, что удачно разгрузило бы транспортные потоки. Правда, тогда придется сносить еще один дом 10б на Харьковской улице.

p-3.jpg

Свою цепочку событий описывает Андрей Русанов: «В 1955 году был проведен капремонт дома и рядом поставили пристройку — флигель „литера А“. А в 1997 году во дворе дома № 8 по Полтавской начали строить банк. Подрядчик выкопал котлован и оставил его. Пошли дожди, и стена этой пристройки из-за котлована сдвинулась на 18 сантиметров. В ней было четыре квартиры, и все они принадлежали ГУЖА, там жили приезжие. Они-то потом и стали инициаторами признания дома аварийным». В подтверждение своих догадок жители вспоминают, как ни с того ни с сего, их дому присвоили новый адрес — вместо «Полтавская, 10», он теперь стал «Полтавская 10, литера А», объединив таким образом дом с флигелем, который и дал трещины первым.

Ольга Титова владеющая двухкомнатной квартирой, показывает паспорт. В графе регистрации указан адрес без литеры «А». Ее семья живет на Полтавской, 10, уже более 60 лет: «Здесь жила моя прабабушка, родились бабушка и я. Бабушка после того, как в дом во время блокады попала бомба, сама участвовала в его восстановлении, а потом вновь сюда вернулась из временного пункта».

titova.jpg

По словам Ольги, в конце 2015 года им сообщили, что дом будут признавать аварийным. В 2016-м признали, но сначала о расселении их подъезда не шло и речи. «По закону у нас дом с конца 2015 года подлежит расселению и как только пришло уведомление, нас вывали в администрацию и сказали: „Мы будем расселять подъезд справа от вас, он самый аварийный, а вы ждите“. И только в 2018 году, в мае, они провели свою оценку и предложили 5 миллионов 200 тысяч рублей за 2-комнатную квартиру. Это заниженный ценник — получается меньше 100 тысяч за квадратный метр. Мы начали судиться. Судились около полугода, и мы первые в нашем доме, кто выиграл дело. 11 декабря суд вынес решение, а выдали его только 10 января».

Семья собиралась дождаться получения денег и спокойно переезжать, но администрация решила иначе: в дом накануне новогодних праздников ворвались приставы и начали принудительное выселение в маневренный фонд.

Rus.jpg

Андрей Русанов тоже настаивает в суде на более высокой цене за квартиру, потому что вложил в свое жилье много сил и денег: «Я заехал в 1995 году, здесь была коммуналка. В 2004-м, в год, когда родилась младшая дочь Анна, сделал капремонт всей квартиры, укреплял балки, делал перегородки из газобетона, вызывал Ленжилниипроект, вместе с ними составлял схему — все документы есть». 10 января Андрей узнал от адвоката, что суд встал на их сторону — расчет будет произведен по более высокой цене, нежели предложенная администрацией, однако приставы сообщили, что деньги могут быть выплачены не сразу, а в течение бюджетного года.

Как сообщили в администрации района, жильцы могут оставаться в маневренной жилье до тех пор, пока не получат всей компенсации.

Выселение ради спасения

Пресс-секретарь Центрального района Елена Титова объясняет, что администрация действовала ради спасения жителей, «чтобы не получилось как в Магнитогорске».

«Этот дом был признан аварийным. Жителям предлагали два варианта — получить квартиру примерно такого же метража, какой они имеют, но в социальном жилье. Социальное жилье вообще в Центральном районе не строят, поэтому квартиры предлагались в других районах. Либо получить денежную компенсацию. Естественно, каждая квартира была оценена по-своему: у кого-то евроремонт, а кто-то 50 лет вообще ремонта никакого не делал. И вот осталось 6 квартир, которые не согласились с этой оценкой. Им было предложено сделать свою независимую оценку. Потом были поданы иски в суд, который должен был рассудить, какая оценка правильная. Суды по квартирам идут. У одной семьи суд прошел, и на момент комиссии по чрезвычайным ситуациям решение еще не вступило в силу», — объяснила пресс-секретарь.

Все шло своим чередом, если бы, по словам Титовой, не возникла непредвиденная ситуация — эксперты по мониторингу обнаружили в декабре лопнувшие на стенах дома маячки: «Над домом нависла реальная угроза. Несущая стена может обрушиться в любой момент». Правда, какая именно несущая стена, Елена не смогла уточнить.

По словам пресс-секретаря, жителей предупредили об опасности и предложил квартиры в маневренном фонде, но люди от жилья отказались. «Это было в 20-х числах. У нас от всех есть отказы переезжать в маневренный фонд». Чтобы их обезопасить, после чрезвычайной комиссии администрация подала иск в суд и он принял решение в срочном порядке выселить оставшихся в здании людей.

Жительница дома Ольга Титова, как и Андрей Русанов, утверждают обратное, что никаких отказов они не подписывали. Единственное, что они увидели — это распечатанные и развешенные на дверях всех квартир объявления с предупреждением о грозящей опасности. «Ни подписей, ни печатей на них не было», — уточняет Ольга Титова.

Андрей Русанов с детьми 28 декабря уехал на дачу — рассчитывал провести там все праздники. Но ночью ему позвонили приставы и поставили перед фактом: «Они позвонили около 12 ночи и сообщили, что вскрыли болгаркой дверь… Дверь-то зачем было ломать? Она вообще-то денег стоит! Нам сказали приехать и вывозить вещи. Что тоже непонятно. Я вывез семью, нам ничего не угрожало. Мы могли приехать и вывезти вещи после праздников».

ti-2.jpg

«Я в гневе, — не скрывает эмоций Ольга Титова. — Я поняла, что людей как котят могут выселить. Они пришли к нам 28 декабря около 19:00 после окончания рабочего дня. Ворвались как фашисты: „У нас постановление суда“. Причем нас не просто выселили, но и сняли с регистрационного учета. И ведь по большому счету, мы ведь еще не получили деньги за квартиры. Нас просто выкинули на улицу. Никаких документов на маневренное жилье, кроме ключей не дали. Причем там жить невозможно». Ольга показывает квартиру, в которой им предложили жить — цокольный этаж, с потолка в ванной в дыру капает темная жидкость, грязный линолеум постелен прямо на фанеру, окно в кухне сломано и в него дует холодный ветер. Квартира, которую предоставили большой семье Русановых тоже находится на первом этаже, окна приходится завешивать, потому что они выходят прямо во двор. Температура воздуха в квартире — 12 градусов, вместо розеток и выключателей — дыры с торчащими проводами: «У меня сложилось ощущение, что квартиру подлатали прямо под наш приезд — кое-где еще капли невысохшей краски».

Ольга в маневренной квартире жить отказалась, к счастью, у нее есть другая квартира, в которую она перевезла мать. Квартира, предоставленная администрацией, сейчас служит складом для вещей, вывезенных с Полтавской улицы. Женщина ходит между черных полиэтиленовых мешков, из которых торчат пожитки и вспоминает:

«Пропал планшет моего сына, в коробочках, где мама хранила сережки — пусто, я не нашла игровую приставку моих детей… Да и как разобраться, что на месте, а что — нет. Эти люди грузили вещи и увозили — проследить за ними не было никакой возможности. А кому теперь предъявлять претензии обо всем? Я бывший работник прокуратуры и я понимаю, что я не могу ничего сделать в этой ситуации. Нас просто выкинули на улицу».

Остался один Михаил

Несмотря на принудительное выселение жильцов дома, кое-кто в нем все-таки остался. Например, магазин одежды «Ленинградец». Сотрудники магазина рассказали корреспонденту MR7, что им предписано покинуть здание до 15 января,

«а потом здесь по проекту должны построить гостиницу».

Почему жильцам не дали времени собраться, а магазину дали, в администрации района сразу ответить не смогли — запрос редакции на рассмотрении главы района. Владелец магазина с корреспондентом не связался.

Внутри двора идет активное движение — из кафе выносят последние вещи. Женщина на джипе увидев журналиста предупредила: «Дом аварийный, отсюда всех выселили, мы приехали сыну помочь вещи вывезти — он здесь жил в служебной квартире». На одном из флигелей снимают леса, которые возводились для укрепления стены.

mih.jpg

Заколоченная дверь жилого подъезда дома на удивление легко поддалась и открылась. Несмотря на то, что на лестничной клетке света нет, он оказался в квартире пенсионера Михаила Арцукевича. Михаил Михайлович предложил чаю и охотно рассказал, как держит оборону и отказывается выезжать из квартиры, пока ему не назначат рыночную стоимость его жилья. Последний раз эксперт по оценке приходила к нему 21 декабря, сделала снимки и ушла. Теперь он ждет повестку в суд. Отопление, свет и телефонная связь в доме работают. К отключению газа он подготовился — купил электрическую плиту. В ночь на 11 января Михаил Михайлович поймал в подъезде мародеров. Теперь он закрывает подъезд на ночь на замок. Чтобы администрация района от него отстала, написал официальную расписку, что отказывается покидать квартиру, пока идет суд, и в случае обрушения дома берет ответственность за свою жизнь на себя.

P.S.

Редакция направила запрос о будущем дома в администрацию Центрального района. Ответ будет опубликован сразу, как только мы его получим.

«Наша задача — обезопасить людей, в первую очередь, — объясняет Елена Титова. — Потому что пока кто-то там спорит, что-то может рухнуть кому-то на голову. Надеюсь, что мы не будем как в Магнитогорске и все маневры будут делаться вовремя».

Следите за новостями в Петербурге, России и во всём мире в удобном для вас формате: Яндекс.Дзен, «Вконтакте», Facebook, Twitter, Одноклассники




Ранее по теме




Лента новостей

Проверь себя

Пенсионный возраст: повышать или нет?

Проголосовало: 2742

Все опросы…