«Лучше вообще не издавать, чем выходить с чёрными квадратиками»: Дмитрий Яковлев о состоянии издательства «Бумкнига», ограничениях и будущем комиксов в России

Меньше, тоньше, дешевле

— Давайте начнём с общего вопроса. Что сейчас происходит с издательством?

— За последние четыре года мы сократили количество наименований. В лучшие времена — это примерно 2019-й — мы стремились издавать 16 новых книг плюс от четырёх до восьми переизданий. В 2021-м, который был очень хорош, мы выпустили 19 книг. Сейчас — в 2026-м — сдаём 12 книг суммарно. 

— Почему пришлось сокращать?

— В первую очередь — из-за финансовых сложностей. Просто не хватало денег на то, чтобы издавать больше. С одной стороны, выросли затраты: стоимость печати, аренда, логистика — всё растёт. Усложнились схемы оплаты авторских прав. С другой стороны, падает покупательская способность, и это ощущается особенно остро последние полтора-два года — продаётся меньше экземпляров книг. В какой-то момент мы приняли решение урезать издательский план, потому что в том объёме, в котором хотелось, мы бы его не потянули.

— И вы начали искать способы удешевить производство?

— Технически — да. Мы стали искать для издания менее толстые книжки или меньшего формата. То, что стоит в производстве дешевле, и, соответственно, будет доступнее для покупателя. Хотя, конечно, книга — это товар неэластичного спроса, может выстрелить, а может и не выстрелить. Очень много зависит от работы издательства и от удачи.

— Финансовый оборот тоже упал?

— Упал, но не катастрофически. И это связано в первую очередь с тем, что подросли цены на книги. То есть оборот держится за счёт того, что книги стали стоить дороже, а не за счёт того, что мы стали продавать больше.

Безопасная ниша

— Я видела у вас в Telegram пост о том, что вы пересматриваете ассортимент, приоритет отдаёте детским комиксам «Ариоль», а не графическим романам.

— Стратегия на этот год в том, что мы больше работаем с детскими комиксами. Есть большой интерес к «Ариолю» Эмманюэля Гибера и Марка Бутавана. Раньше мы издавали две новые книги в год, в этом — четыре, и в следующем тоже четыре. Так мы догоним оригинальное французское издание.

Но это касается не только «Ариоля». Стратегия — издавать больше детских комиксов, потому что, во-первых, это более безопасная ниша. Во-вторых, детские комиксы часто меньше по объёму и попадают в недорогой ценовой сегмент. Задача, грубо говоря, — сделать так, чтобы твои книги стоили в книжном магазине до тысячи рублей.

— И у вас пока получается?

— С детскими — пока да. В некоторых случаях мы снижаем маржу. Это решение — продержать цены на приемлемом уровне хотя бы до конца года. Дальше, скорее всего, мы их поднимем.

— Вы сказали про «безопасную нишу». Речь же про ограничения, действующие сейчас в стране? 

— Да. Есть книги, которые сегодня нельзя издавать в России. Возможно, когда-то мы и до них доберёмся. Но некоторые издания откладываются по экономическим соображениям: ты понимаешь, что произведение классное, но будет очень дорого стоить в производстве, а на полке — ещё дороже. А учитывая, что покупательская способность продолжает падать, через год, когда комикс выйдет, покупать его будут ещё меньше. Это проблема длинного планирования: ты принимаешь решение сегодня, а книга выходит через год-полтора.

— Можете назвать пример того, от чего пока пришлось отказаться?

— Я не буду называть, вдруг кто-то, у кого денег больше, пойдет покупать права на эту книгу.

Честно по отношению к читателю

— Как вы относитесь к практике издания книг с чёрными плашками и цензурными сокращениями?

— Я принял для себя решение, что не хочу в эти игры играть. Каждый издатель сам решает, но мне не нравится, например, когда книги издаются с цензурными сокращениями, но об этом нигде не написано на самой книге. Нужно, чтобы издатель на обложке писал, что это сокращённый вариант. Ты покупаешь книгу, запечатанную в плёнку или вовсе на маркетплейсе, ты даже не листаешь её. Получаешь — и: «А что это здесь такое?» Первые книги с чёрными плашками — это было «вау», «классно». Но сейчас я часто натыкаюсь на посты читателей, которые этим недовольны.

— Я видела только один вариант, когда издатель честно предупредил — у «Самоката» на книге «Гриша не свидетель».

— Да, там на обложке написано, что выпущена «новая редакция с чёрными строками». Вот так и нужно делать. Это было бы честно по отношению к читателю.

— А как обстоят дела с давлением на издателей и книжные магазины? Были ведь обыски, штрафы, уголовные дела…

— Это всё неконтролируемая история. К нам тоже приходил запрос, продаём ли мы определённые книги. Мы написали официальный ответ, что не продаём. Был ещё необоснованный донос в отношении одной из наших книг: человек утверждал, что в ней есть информация, которая нарушает законы РФ. По факту там этого не было — человека смутило, что на обложке изображены оголённые люди: две женщины, два мужчины и младенец. Ничего предосудительного. Мы написали официальный ответ, что в книге пропагандируются гетеросексуальные отношения

— …и деторождение, судя по обложке.

— Да. Обошлось без последствий.

— За некоторые книги тревожно?

—Осенью 2022 года нам было тревожно издавать «Родину» Норы Круг. Сидели и думали: выпускаем сейчас или уже никогда.

— А ещё есть книги, которые были изданы до 2022 года, продолжают продаваться и, возможно, попали в библиотеки.

— В продаже их нет. А что касается библиотек — какое-то время назад я был в паре мест в Петербурге и Выборге — попросил убрать некоторые наши комиксы, чтобы к ним не пришли с претензиями и штрафами. Проявил заботу. На сайте мы такие книги тоже сняли с продажи.

«Ищу книги, которые меня удивляют»

— Как вы работаете с авторами? Как ищете российских комиксистов?

— Мы издаем не очень много российских авторов — у нас высокая планка, и большая часть проектов, которые нам предлагают, её не преодолевалевают.

— Но вы продолжаете искать российских авторов?

— Мы открыты, нам регулярно присылают запросы. Но большая часть — это не к нам (манга, фантастика, супергерои). В комиксе важны две вещи: история и визуальный язык. И важно, чтобы они работали друг с другом. Если история ничего, а язык плохой — нет. И наоборот: классно нарисовано, но истории нет — тоже нет. Я как издатель ищу книги, которые меня удивляют. И их правда совсем немного.

— У вас были проблемы с иностранными авторами за последние пять лет?

— Проблемы были в 2022 году, и они были двух типов. Первая — техническая: платежи остановились, никто не хочет принимать деньги из России. С этим удалось разобраться, найти варианты. Вторая — когда агенты или издатели принимали решение не продавать права в Россию. Очень долго с ними общались, с одним агентством — с которым мы давно работали — был год перерыва. Но в итоге почти со всеми пришли к тому, что решение принимает автор. 

Половина книг продаётся на маркетплейсах

— Давайте поговорим про маркетплейсы. Вы много книг потеряли при пожарах в этом году?

— Да, у нас сгорело порядка 400 книг при пожаре 30 июля на складе Wildberries в Пензе. На складе во Владимире на тот момент у нас было 98 книг — там мы запустили распродажу, и все успели продать, а через два дня этот склад сгорел. В Ozon оставалось около 30 книг — на складе, который также был атакован, вероятно, они сгорели.

Да, мы понимаем, что при этих пожарах на складах погибали и страдали люди. Но если смотреть только на экономику: то, что сгорели книги — и у нас не так много, как у некоторых других издательств и магазинов, — это риски, которые можно было предположить. Но есть другой момент: тормозятся каналы продаж. Мы сейчас остановили поставки на Wildberries, потихонечку, небольшими партиями отправляем книги на Ozon. Но в целом система логистики нарушена, сроки доставки увеличились кратно. 

— А где сейчас больше покупают книги — на маркетплейсах или в обычных магазинах?

— Если смотреть наши продажи за 2025 год, то маркетплейсы (Ozon и Wildberries) — это примерно 35%. Наш сайт — 15–16%. Комикс-магазины — 9,5%. Остальные книжные магазины и книготорговые оптовые компании — ещё около 35%. Но некоторые из них тоже продают на маркетплейсах. Итого, я думаю, на маркетплейсы в 2025 году приходилось 50–55% от общего объёма. И ещё около одного процента отправляется в библиотеки.

И о хорошем

— А если о хорошем. Чем вы можете гордиться за 2026 год?

— Цены на «Ариоль» мы не повысили — это, наверное, можно записать в плюс. У меня весь 2025-й был творческий кризис — я чуть перегорел комиксами и не мог найти книги, которые меня бы удивляли. Но в этом году я нашёл несколько, и сейчас будем работать над тем, чтобы они вышли на русском языке в 2027-м.

Из хорошего вообще: у нас есть возможность делиться важными, на наш взгляд, книгами — и для детской, и для взрослой аудитории. Издательство работает с 2009 года, у нас достаточно хорошая репутация, и это позволяет продолжать покупать права. Большую часть авторов мы знаем лично — всегда можем прийти с вопросами. Например, у Тома Голда, когда мы делаем сборник его коротких стрипов, всегда находятся один-два комикса, которые невозможно перевести на русский (просто не передать смысл адекватно), — и он даёт нам несколько новых стрипов (комиксов, которые состоят из двух — четырёх кадров — ред.), специально для публикации в нашем издательстве. 

А Марк Бутаван, автор «Ариоля», публикует в своих соцсетях детские рисунки, которые нам присылают читатели. Недавно, например, он выложил фото пластилиновых фигурок персонажей из «Ариоля» — работы Феди и Ани, которые они нам прислали.

— Когда у «Бумкниги» были лучшие времена?

— Я бы отметил 2016 год, когда у нас появился офис и мы запустили интернет-магазин, увидели регулярный доход, тогда же начался ощутимый рост — по количеству изданных книг и по финансовым показателям. Но большое количество работы, которая конвертировалась в этот результат, было сделано в 2015-м. Это всегда такая история: как я уже говорил, ты работаешь сегодня, а результат видишь завтра. Или даже послезавтра. Ещё удачным был 2019 год, когда мы издали больше всего книг, а в 2021-м был самый большой оборот.

— В каком направлении сейчас развиваются комиксы — в мире и в России?

— Активно развивается детский комикс — на возраст до подросткового, до 12 лет. При этом это не просто жанровые фэнтези «ми-ми-ми» — появляются вещи, более приближённые к реальной жизни. Если смотреть на немецкий комикс, там много новых имён, авторы говорят о вопросах, тревожащих их поколение.

Во Франции чувствуется перенасыщение рынка — нехватка читателей. Поэтому издательства ищут новые модели взаимодействия с аудиторией: больше работают с комьюнити, с социальными сетями.

В России — другая проблема: азиатские серии, где первые тома люди покупают с удовольствием, а тиражи следующих томов часто снижаются. И непонятно, будет ли серия издана до конца. Издатели подстраховываются — ищут популярные азиатские тайтлы или российских авторов с большой аудиторией в соцсетях. А экспериментальные вещи, по словам коллег, продаются очень плохо.

— Что значит «экспериментальные» в нашей реальности?

— Неизвестный автор с отличающимся рисунком — не манга, не «большие глазки». Или книга, затрагивающая социальную тему. Но это к нам не относится — мы всегда такое издавали, и у нас продажи были небольшие, но мы в этом жили.

«Комиксы не смотрят, комиксы читают»

— К 2026 году в России сложилась культура комикса?

— Как явление — точно сложилась уже несколько лет назад. И для современного читателя лет от 17 до 30 комикс — это нормальная часть культурного потребления.

Разделы комиксов есть во всех книжных магазинах и на маркетплейсах. Есть специальные библиотеки комиксов и стеллажи в обычных библиотеках. Это уже часть книжной культуры.

Если говорить про комьюнити — это специфический вопрос. Как и в любом виде искусства, есть жанровое деление. Кто-то ходит на Comic-Con ради супергероев и косплея. А наша аудитория — это люди, которые интересуются культурными явлениями в целом. Они читают комикс наравне с литературой и кино. Для них он — не что-то отдельное. 

— Но ведь комикс нужно уметь читать?

— Да, и это проблема. Комиксы не смотрят, комиксы читают. Для того чтобы читать комикс, нужно уметь это делать. Если у тебя нет навыка, ты откроешь — и будешь плеваться: какой-то текст, картинки, как это всё смотреть? А это надо не смотреть, а читать. Автор задаёт скорость через раскадровку, но ты сам можешь остановиться и изучить кадр — найти то, чего нет в тексте. 

— Можно развить этот навык и полюбить комикс?

— Наверное, да. Самый лучший способ — если у тебя нет навыка, но ты хочешь попробовать: найди комикс на интересную тебе тему. Тем более что сейчас комиксы — это не только фикшн с большим количеством экшена.

— Что ждать в обозримом будущем от «Бумкниги»?

— Скоро выйдет комикс «Зуб» немецкой художницы турецкого происхождения Айше Клинге. Это история о том, как не бояться людей, которые не похожи на тебя, замаскированная под историю про вампиров. Главная героиня Мила — школьница. У неё фобия — она боится вампиров. Но у неё появляется подруга, которая оказывается вампиром. Мила перебарывает стереотипное представление, что все вампиры — это ужас и зло. 

— Пока есть возможность издавать хорошие книги — вы продолжаете?

— Пока есть читатель, и у него есть интерес к нашим книгам и возможность их покупать, будем продолжать.