Новую табличку «Последнего адреса» установили на фасаде дома в Петербурге 

Исследовал Неву, работал, содержал семью 

Фёдор Фёдорович Фогт-Витлок родился в Санкт-Петербурге в семье купца второй гильдии в 1899 году. Отец Фогт-Витлока, также Фёдор Фёдорович, имел две лавки в Петербурге — в Большом и Малом гостиных дворах. После октябрьской революции Фёдор Фёдорович-старший работал артистом в Михайловском театре, позже — заведующим делопроизводством Мариинского театра. 

Мать Фёдора Фогт-Витлока Анна Ивановна была артисткой драмы в Новом театре.  

В семье Фогтов росло двое сыновей: младший — Михаил и старший — Фёдор. Оба учились в Петришуле. 

После выпуска Фёдор остался в училище при школе. Затем учился в Ленинградском индустриальном (политехническом) институте, окончил его по специальности «инженер-гидротехник». После был оставлен при институте сначала служителем, а потом стипендиатом на кафедре вентилизации водоэнергии. 

В 1920-х Фёдор занимался исследовательской работой. Одна из его научных работ была посвящена «исследованию реки Невы в связи с вопросом использования энергии и защиты города от наводнений».

Отец Фёдора умер в 1920 году. В то время Фогт-Витлок уже работал, чтобы содержать мать и брата, который учился в Академии художеств. 

Работал Фёдор Фёдорович старшим техником, старшим инженером и затем — начальником отделов в таких организациях, как «Главкость», «СтройСвирь», «КровляТрест». 

На одном из предприятий Фёдор познакомился с инженером Владимиром Витлоком. Затем его дочь Евгения вышла замуж за Фёдора, и тот переехал к семье жены — в квартиру № 6 в доме № 17 по Торговой улице (ныне — улица Союза Печатников).  

На момент ареста Фёдор Фогт-Витлок был доцентом индустриального института, занимал должность консультанта «ГидроЭнергоПроекта». Известно также, что он участвовал в проектировании Ульгинской ГЭС на Алтае. 

Задержали ленинградца в июне 1938 года по статье 58-10 УК РСФСР (антисовесоветская фашистская пропаганда). В 1939-м Фогт-Витлока приговорили к пяти годам заключения в исправительно-трудовом лагере.

Сначала Фёдор Фёдорович отбывал срок в Пермской области, позже его этапировали в Николаевск-на-Амуре в Хабаровском крае. Скончался ленинградец в 41 год, в октябре 1940 года — через неделю после прибытия в лагерь. Дату его смерти волонтёры «Последнего адреса» выясняли около года.

О потомках ничего не известно

Мать Фёдора Фогт-Витлока Анна Ивановна в 1927 году устроилась переводчицей в издательство «Радуга», которое занималось выпуском и иллюстрированием детских книг. В июне 1927-го женщину арестовали по групповому делу издательства — сотрудников обвиняли по статье 58-5 УК РСФСР (склонение иностранного государства к вооружённому вмешательству в дела СССР). Тогда мать семейства Фогтов на три года выслали в Сибирь. О дальнейшей судьбе женщины на сегодня ничего не известно.

Михаил Фогт, брат Фёдора, после окончания Петришуле поступил в Академию художеств, после выпуска работал топографом и техником в Гидрологическом институте, преподавал начертательную геометрию и рисунок в различных заведениях. Известно, что Михаил иллюстрировал книги в том же издательстве «Радуга», где работала мать. 

В июле 1941 года брат Фёдора Фогт-Витлока был призван в армию, служил в артполку младшим лейтенантом. Но меньше чем через месяц пропал без вести. О жене и детях Михаила Фогта ничего не известно.

Жена Фёдора Евгения Витлок-Фогт была эвакуирована из блокадного Ленинграда в октябре 1942 года. Из домовой книги известно, что она вернулась в город через полтора года, 5 апреля 1944-го. Она работала служащей на заводе «Госметр» на Тамбовской улице, 22. Сведений о детях Федора и Евгении волонтёры «Последнего адреса» в архивах не нашли.

Инициатором установки таблички Фёдору Фогт-Витлоку стала петербурженка Ольга Краснощёкова. Это уже шестой памятный знак «Последнего адреса» в Петербурге, установленный по её заявлению. 

Ольга рассказала, что её родственники были знакомы с семьей Фогт-Витлоков, семьи часто помогали друг другу. По словам петербурженки, с разницей в полгода был арестован муж её бабушки и Фёдор Фогт-Витлок. А в блокаду Евгения Витлок-Фогт помогла вывезти мать Ольги из блокадного Ленинграда.

— У [Осипа] Мандельштама есть стихотворение, которое начинается со строк «Я трамвайная вишенка страшной поры». Так вот долгое время Фёдор Фёдорович оставался такой «вишенкой». Но мы нашли его путь и теперь можем осознать всё горе и несправедливость судьбы, — отметила Ольга. 

Ещё два дубликата памятных табличек появились в Коломне

После торжественной церемонии установки новой таблички волонтёры «Последнего адреса» заменили на металлические дубликаты две картонные копии памятных знаков на фасаде дома № 21 по Английскому проспекту. 

По этому адресу ранее была сорвана табличка в память о преподавательнице немецкого языка Елене Штюбель, обвиненной по статье «измена родине» и приговоренной к расстрелу в 1938 году. Она была реабилитирована в 1958 году.

Также сегодня волонтёры восстановили памятный знак с информацией об инженере Николае Коравском, обвинённом в шпионаже и участии в контрреволюционной организации. Он был расстрелян в декабре 1937 года, реабилитирован в 1989-м. 

Всего известно о 13 репрессированных в годы «большого террора» жителях дома № 21 по Английскому проспекту. Табличек «Последнего адреса» на фасаде здания пока пять.