Истории

Как судили Бродского. Пять лет «высылки» за тунеядство сегодня кажутся гуманной акцией

Дарья Дмитриева

Тот самый блокнот, в который журналистка Фрида Вигдорова записывала реплики с суда над Бродским. Фото: Дарья Дмитриева / MR7

В 60-ю годовщину первого суда над Иосифом Бродским в пространстве «Полторы комнаты» представили максимально полную запись со второго процесса над поэтом из блокнота правозащитницы и журналистки Фриды Вигдоровой — «Судилище». Главным отличием нового издания является то, что музей не просто перепечатал текст, а сохранил первоначальный вид — с заметками на полях и рисунками.

СПРАВКА

Поэта Иосифа Бродского арестовали 13 января 1964 года по статье за «тунеядство» — то есть отсутствие официального постоянного места работы. В Дзержинском районном суде Ленинграда судье Екатерине Савельевой понадобилось всего два заседания 18 февраля и 13 марта 1964 года, чтобы вынести решение по делу. Итог — поэта на пять лет направили в совхоз в Архангельской области. Однако друзья и защитники Бродского не оставили дело просто так. Они обратились в судебную коллегию по уголовным делам и добились снижения срока до года и пяти месяцев. Это был тот срок, который Бродский уже прожил в ссылке, поэтому в сентябре 1965 года он вернулся в Ленинград. Затем, в 1972 году, он эмигрирует в США, а в 1987-м получит Нобелевскую премию по литературе.

Умер поэт 28 августа 1996 года в возрасте 55 лет в Нью-Йорке. 

Презентацию нового издания 18 февраля начали с рассказа племянницы Фриды Елены Вигдоровой.

— Когда мы читаем сегодня это «Судилище», когда мы думаем о том, что Бродскому —

как это тогда казалось страшно — присудили пять лет в отдалённых местах России, сегодня это кажется чуть ли не гуманной акцией, — отметила племянница журналистки.

Она рассказала собравшимся о самой Фриде, чей творческий путь начался ещё до Великой Ответственной войны — тогда она начала сотрудничать с городскими газетами, хотела освещать суды, казавшиеся ей несправедливыми. Дело Бродского, по воспоминаниям Елены, Фрида переживала особенно тяжело. 

Племянница Фриды Елена Вигдорова. Фото: Дарья Дмитриева / MR7

Журналистка присутствовала на обоих заседаниях по делу поэта в 1964-м. Она вела записи, несмотря на многочисленные возражения судьи. Когда Фриде всё же запретили писать, уже после суда она восстанавливала недостающие реплики по памяти. Всё это осталось в двух небольших блокнотах: запись с первого заседания находится в архиве в Германии, второй остался у подруги Фриды, которая также была на суде, Натальи Долининой. 

Из этих записей можно узнать, например, о чём спрашивала судья: 

[Судья:] «Почему в перерывах вы не работали?

[Бродский:] Я работал. Я писал стихи.

[Судья:] Но это же не мешало вам трудиться?

[Бродский:] А я трудился. Я писал стихи».

В новом издании сохранили не только внешний вид и текст, но и добавили историческую справку. Её составил литературовед Глеб Морев. Он рассказал, что материал Фриды попал в Европу через несколько месяцев после суда — до этого западным СМИ передали лишь краткую выжимку процесса. 

— Тогда европейские журналисты занимались анализом политической ситуации. И только когда материал Фриды был опубликован, тогда в центре внимания оказался сам молодой поэт Бродский, — отметил Морев. 

Собравшиеся на презентации нового издания. Фото: Дарья Дмитриева / MR7

Дочь Фриды Александра Раскина во время презентации также вспомнила об истории первой публикации «Судилища», но уже в отечественных изданиях. 

— После того, как Бродский получил Нобелевскую премию, и на Западе, и у нас начали обсуждать этот суд. И тут выяснилась такая вещь — Бродский не хочет вспоминать суд, и про запись ему не хочется разговаривать. — рассказывает Александра Раскина. 

Оригинальный блокнот Фриды с записями и новое издание — в музее передается и содержание, и внешний вид. Фото: Дарья Дмитриева / MR7

Тогда, в 1987 году, по воспитаниям дочери журналистки, несмотря на то, что саму запись регулярно цитировали, её автора — Фриду — ни разу не упоминали. К тому моменту сама журналистка уже умерла — она скончалась ещё 7 августа 1965 года, не дожив до освобождения поэта буквально месяц.

— Когда в 1972 году Бродский уезжал из страны, он мне позвонил и сказал: «Саша, это Иосиф. Я уезжаю, звоню, чтобы попрощаться, и я хочу сказать, что я ничего не забыл», — описывает дочь журналистки. 

Опубликовать «Судилище» Александра Раскина решилась лишь в 1988 году. Она отнесла блокнотик в журнал «Огонёк». Предисловие тогда написала Лидия Чуковская.

— Мне не хотелось печатать запись этого (судебного процесса — ред.) без согласия Бродского, без его благословения. И как раз в 1988 году наш общий с ним друг, поэт и переводчик Андрей Сергеев поехал в Америку и увидел там Бродского, и по моему поручению передал ему, что «Саша хочет печатать».

Он рассказывал, что Бродский поморщился: «Ой, да зачем это всё ворошить». Ну уж не знаю, как ему Андрей объяснил, что ворошить нужно, и ответил: «Это её дело, это её работа, и, конечно, она заслуживает, чтобы запись была опубликована», — вспоминает Раскина. 

Александра Раскина сейчас живёт в Новом Орлеане, США. На презентацию она подключилась в онлайн-режиме. Фото: Дарья Дмитриева / MR7

Сейчас, как считают историки и литературоведы, записи Фриды Вигдоровой являются историческими документами.